— Попробуй, Рон, спрыгни с башни астрономии — на блин будешь похож.
— И будет выглядеть лучше, чем обычно.
— Попробуй, Рон, спрыгни с башни астрономии — на блин будешь похож.
— И будет выглядеть лучше, чем обычно.
— Малфой только что оштрафовал нас всех очков на пятьдесят, — свирепо сказал Гарри, глядя, как в гриффиндорских часах всплывает вверх еще горсть камней.
— Ага, и Монтегю на перемене пытался сделать с нами то же самое, — сказал Джордж.
— Что значит «пытался»? — немедленно спросил Рон.
— А он не успел договорить, — пояснил Фред. — Дело в том, что мы засунули его головой вперед в Исчезательный шкаф на втором этаже.
— Приз поездка в Египет. Ну и как там, в Египте?
— Отлично, куча древностей, мумии, гробницы... Даже Коросте там понравилось.
— Опять хвастаешься фотографией в газете?
— Я никому не показывал!
— Ни одной душе, не считая Тома. И днём, и ночью. И повару. И парню, чинившему туалет. И волшебнику из магазина.
— Разве маглы не видят нас?
— Маглы? Они вообще ничего не видят, но если наколоть их на вилку, они почувствуют!
— А как же закон, запрещающий использовать магию дома?
— Ооо, министерство, Гарри, не отправляет людей в Азкабан за надувание тётушек!
— Разве маглы не видят нас?
— Маглы? Они вообще ничего не видят, но если наколоть их на вилку, они почувствуют!
Когда Волшебная шляпа закончила петь, весь Большой холл загремел аплодисментами.
— Когда распределяли нас, она пела другую песню, — заметил Гарри, хлопая вместе со всеми остальными.
— Она каждый год поёт новую, — ответил Рон. — Согласись, это, наверное, довольно скучное занятие — быть Шляпой, так что, я думаю, она целый год сочиняет очередную песню.