— А как же закон, запрещающий использовать магию дома?
— Ооо, министерство, Гарри, не отправляет людей в Азкабан за надувание тётушек!
— А как же закон, запрещающий использовать магию дома?
— Ооо, министерство, Гарри, не отправляет людей в Азкабан за надувание тётушек!
— Приз поездка в Египет. Ну и как там, в Египте?
— Отлично, куча древностей, мумии, гробницы... Даже Коросте там понравилось.
— Опять хвастаешься фотографией в газете?
— Я никому не показывал!
— Ни одной душе, не считая Тома. И днём, и ночью. И повару. И парню, чинившему туалет. И волшебнику из магазина.
— Разве маглы не видят нас?
— Маглы? Они вообще ничего не видят, но если наколоть их на вилку, они почувствуют!
— Попробуй, Рон, спрыгни с башни астрономии — на блин будешь похож.
— И будет выглядеть лучше, чем обычно.
— Разве маглы не видят нас?
— Маглы? Они вообще ничего не видят, но если наколоть их на вилку, они почувствуют!
Когда Волшебная шляпа закончила петь, весь Большой холл загремел аплодисментами.
— Когда распределяли нас, она пела другую песню, — заметил Гарри, хлопая вместе со всеми остальными.
— Она каждый год поёт новую, — ответил Рон. — Согласись, это, наверное, довольно скучное занятие — быть Шляпой, так что, я думаю, она целый год сочиняет очередную песню.
— Он же не сказал спасибо! — возмутилась Гестия. — Он только сказал, что Гарри не занимает места зря!
— Да, но из его уст это всё равно что «Я тебя люблю», — произнес Гарри, разрывавшийся между раздражением и желанием расхохотаться — уж больно хороша была тетя Петуния, обнимавшая Дадли так, точно он минуту назад вынес Гарри из горящего дома.
Потому что иногда нужно думать не только о своем спасении! Иногда нужно думать об общем благе!