– Позволь сказать тебе кое-что. Это важно. Не позволяй другим делать тебе больно никогда. Ни здесь, и уж точно [показывает на сердце] ни здесь. Что бы ни случилось, ты должен заботиться о себе, ладно? Ты меня понял?
– Кажется, да.
— Хочешь знать своё наказание, Леонард? Ты станешь лучше. И я тоже.
— Лучше? Значит я размякну.
— Нет. Станешь лучше.
– Гидеон, запусти процесс регенерации.
– Какой ещё регенерации?
– Я взял у всех образцы генетически материала как раз на такой случай.
– И почему я узнаю об этом только сейчас?
– Вы первый потеряли конечность.
— Серьезно? Мы пытаемся спасти мир, а ты воруешь кошельки?
— Это называется многозадачностью.
— Мы знаем как обследовать банк. Мы сами почти банкиры.
— Только мы деньги не вносим, а выносим.
– Как ты узнал?
– Точно так же, как узнаю, если ты поднимешь руку на жену или сына. Я знаю, кто ты такой. Я знаю, кем ты станешь. Я мог покончить с тобой здесь и сейчас, но тогда моя сестра никогда не родится. Считай, тебе повезло.
— Ты знаешь, чего я хочу в этом мире?
— Да. Увидеть, как он горит.
— Еще раз замахнешься на меня, будешь тоже гореть.
Мне было тяжело с ней рядом — грудь разрывалась от боли, словно кто-то вонзил в нее ледяное лезвие. Острая боль пронизывала до костей, но я был даже благодарен за это. Я сливал себя с ее пронизывающим холодом, и боль становилась якорем, который притягивал меня к этому месту.
Тяжелая штука жизнь, ребята. Не делая эту основу, не выходя из зоны комфорта... Берите новые уровни, бейте себе под зад. Это не настолько болезненный этап, потому что самый болезненный этап — это когда у тебя не осталось времени сделать что-либо, а тебе еще нужно успеть кучу всего. Когда ты оборачиваешься назад, упущенные возможности как-будто отрывают частицу от тебя, отягощая тебя. Подумай об этом, это больно. Ты хочешь знать, как сделать это — лучше задайся вопросом, каково НЕ сделать это.
Cлайд с цитатой