Христианство есть трагический оптимизм, в котором «богооставленность» есть лишь преходящий момент. Трагизм есть диссонанс, а всякий диссонанс постулирует, предвосхищает и содержит в себе свое разрешение — таков закон музыки, и таков же закон трагедии (ибо она следует тому же музыкальному ритму «разрешения») — она содержит в себе свое «утешение», свое предчувствие Пораклеза.
... какие бы неприятности с нами ни случались – все проходит. Нужно это помнить с самого начала и стараться не принимать ничего близко к сердцу. А то мы душу рвем – а на выходе от этого кроме жертв и разрушений ничего и нет. Все проходит, ситуация меняется, и зачем все эти потрепанные нервы были – остается непонятным.
Сохраняя положительное отношение к жизни, можно быть счастливым даже в самых неблагоприятных условиях.
Ещё ни один пессимист не проник в тайны звезд, не открыл неизвестную землю и не распахнул перед человеческим духом новые небеса.
— Большинство концовок — лишь ложь, которую мы рассказываем себе, чтобы создать обманчивую иллюзию надежды.
— Что вы имеете в виду?
— В реальности не бывает счастливых финалов, Сал. Финал един для всех, и он ужасен... смерть.
— Вы не можете знать точно, Роуз. А даже если и так, то разве жизнь не становится от этого ещё более драгоценным даром? Это наш единственный шанс сиять так ярко, как только можно, пока нас не поглотила вечная ночь. Поэтому я пытаюсь прожить свою жизнь как можно полнее на случай, если другой у меня не будет.
— Не для тебя, мальчик мой...
— Эм?
— О, не обращай внимания, дитя. Меня восхищает твой оптимизм. Я его, боюсь, уже давно потеряла.
... оптимизм, если только он не бессмысленное словоизвержение таких людей, за плоскими лбами которых не обитает ничего, кроме слов, представляется мне не только нелепым, но и поистине бессовестным воззрением, горькой насмешкой над невыразимыми страданиями человечества. И пусть не думают, будто христианское вероучение благоприятствует оптимизму: наоборот, в Eвангелии мир и зло употребляются почти как синонимы.
Cлайд с цитатой