Друг недавний мой, скажи,
Что с собой мы сотворили?
Почему мы нашу жизнь
В представленье превратили?
На глупую игру
Истратили талант,
И на чужом пиру,
Как два комедианта,
Мы с печалью и тоской
Даём спектакль шутовской...
Друг недавний мой, скажи,
Что с собой мы сотворили?
Почему мы нашу жизнь
В представленье превратили?
На глупую игру
Истратили талант,
И на чужом пиру,
Как два комедианта,
Мы с печалью и тоской
Даём спектакль шутовской...
Занавес. Играть невыносимо.
Занавес. Я жить хочу без грима.
Занавес. Я лишь сама себе судья...
Занавес! Отыграны все роли.
Занавес! Без масок все герои.
Занавес! Ослепли все прожектора.
Занавес! Устала медь оркестра.
Занавес! Окончена фиеста.
Занавес! Пора расстаться нам, пора...
Уже другая в комнате,
Где тень моя ещё с твоею не простилась,
Ещё лежит на ней твоя рука,
И голос слышен мой прощальный,
И тихое моё «Пока».
Всех матерей с сыновьями и дочерями связывает одна и та же любовь. Но в отношении мамы и сына она имеет особую окраску. Однажды мальчик кого-нибудь полюбит и природа его связи с матерью изменится. Она больше не будет главной любовью.
Did I disappoint you or let you down?
Should I be feeling guilty or let the judges frown?
'Cause I saw the end before we'd begun.
— Девушка, я, конечно, мог бы подарить вам цветы, почитать стих, спеть песню под окном, но...
— Но зачем заморачиваться, правда?
Впрочем, в будущее она не заглядывала. В отличие от её нового друга, сумеречного человека, каждая фраза которого, каждая мысль, каждый поступок содержали двойное дно, она жила волнующими минутами, упиваясь новыми ощущениями, которых ей более чем хватало. Инстинкт самосохранения отсутствовал в ней. Опасения — тоже.