В итоге школа посылалась к чёрту, с треском. Встречай нас, улица, свободных, молодых, и дерзких,
Подворотня, самое днище, это в натуре сильно, этому нас обучали в западных клипах и фильмах.
В итоге школа посылалась к чёрту, с треском. Встречай нас, улица, свободных, молодых, и дерзких,
Подворотня, самое днище, это в натуре сильно, этому нас обучали в западных клипах и фильмах.
В кольце из будней пахотных и выходных плясок по-настоящему счастливо бездушное мясо.
Это просто спор! Это же дискуссия! Вы там что-то такое прочитали, ну так возразите этому. Возразите так, чтобы не осталось никаких аргументов. Американцы сталкиваются с тем, что их оружие стали применять против них. А вы как думали? А они к этому просто не готовы. Аргументированно сказать нечего. Аргументов для того, чтобы всерьёз возразить — нет. И тогда началась вот эта вся истерика — надо запретить, надо признать это вмешательством и прочая, и прочая. Потому что, если бы всё это была туфтовая «кремлёвская пропаганда», тогда её можно было бы взять и разбить в три приёма. А в три приёма — не получается, и в тридцать три — не получается. Потому что звучит это достаточно убедительно и аргументированно. Это слабость. Это от их слабости происходит. «Это всё ложь и кремлёвская пропаганда, потому что я не могу с этим спорить» — вот что говорят они. То, с чем мы не можем спорить — это всё «кремлёвская пропаганда». А может быть у вас просто мозгов не хватает или, на самом деле, вы настолько неправы, что у вас нет аргументов?
Нет того, чтобы враг забрал, враг устроил из благ завал,
Получил сатанинский бал из детей нулевых.
Юные совсем ещё души уже червями изъедены.
Всю грязь почитать заставляют и славить,
На колени добровольно встаём без памяти.
Тогда там не было возможности забить и пошариться в Гугле, что означал этот распад советских республик,
Это те же самые люди, всё мирно и без боя, просто так сменились флаги, название страны другое.
За пазухой старшиков топоры, ножи и стамески, реформа смены валют, дорога через две чеченских.
Все деньги мира не нужны, встанут на краю,
Если не следует родной улыбки в ответ на твою.
Опорочить образ Ленина, образ Сталина, вообще образ советской эпохи — это голубая мечта всей буржуазии, всей мировой буржуазии, потому что у нас, к сожалению, начиная со времён горбачёвской перестройки, когда, казалось бы, у власти находилась коммунистическая партия (в руководство которой прорвались прямые ренегаты и штрейхбрехеры), они выполняли социальный заказ буржуазии, чтобы не дай бог ни у кого не возник позитивный образ советского опыта, позитивный образ Ленина, Сталина, советских достижений. Поэтому надо свести всю советскую историю к истории ГУЛАГа, что и выполняет, например, господин Дудь.
Мы обнаружили, что тысячи людей страдают острым «московитисом» — состоянием, при котором человек готов поверить в любой абсурд, отбросив очевидные факты. Со временем, конечно, мы убедились, что русские, в свою очередь, больны «вашингтонитисом», аналогичным заболеванием. Мы обнаружили, что в то время, как мы изображаем русских с хвостами и рогами, русские точно так же изображают нас.