— Отче наш, сущий на небесах...
— Спорное утверждение.
— Вот я никак не въеду насчёт Бога.
— О чём ты говоришь?
— Если его нет, тогда ясно, почему с хорошими людьми случаются плохие вещи. Всё есть как есть. Нет ни причин, ни объяснений... Есть лишь ужасное, непредсказуемое зло. Это я понимаю. Это мне доступно. Но если он существует, что вообще с ним такое? В какой дыре он прячется, когда порядочных людей рвут в лоскуты? Как он может жить с этим? Почему он не помогает?
— Вот я никак не въеду насчёт Бога.
— О чём ты говоришь?
— Если его нет, тогда ясно, почему с хорошими людьми случаются плохие вещи. Всё есть как есть. Нет ни причин, ни объяснений... Есть лишь ужасное, непредсказуемое зло. Это я понимаю. Это мне доступно. Но если он существует, что вообще с ним такое? В какой дыре он прячется, когда порядочных людей рвут в лоскуты? Как он может жить с этим? Почему он не помогает?
— Ты помнишь двадцатый век? Думаешь, 21-ый будет лучше? Думаешь, Бог позволил бы всему этому свершиться, если бы был жив?
— О, да? А кто тогда придумал фокус с «Китайской корзинкой»?
— Да, Ирф. Падшие ангелы.
— Вот это засада.
— Верь мне. Это просто монстры с хорошим пиарщиком.
— Ты подстригла волосы?
— Они должны быть короткими, если я собираюсь на охоту. Зачем давать плохим парням преимущество в виде длинных волос, за которые можно тянуть, правильно?
— Я твержу это Сэму годами.
– Какой бардак.
– Это просто машина, Сэм.
– Просто машина? Надо же... ты и правда во власти тьмы.
– Ты даже не представляешь.
Cлайд с цитатой