Тем вдохновение награда,
кто невозможного хотел,
становится исчадьем ада,
кто в пламени моем горел.
Тем вдохновение награда,
кто невозможного хотел,
становится исчадьем ада,
кто в пламени моем горел.
Виват Мессир, напишем песни
из впечатления в блокнот,
играть намного интересней
импровизациею нот.
из ниток шелковых печалей
и неизведанных страстей,
одежду боги нам соткали,
чтоб жили мы среди людей.
и льется музыка стихами,
танцует вереница слов,
сегодня вдохновенье с нами,
Мессир, споем же про любовь.
Восстать, проснуться, захотеть
И видеть мир прекрасным,
Зажечься взглядом и гореть
Дотла под взглядом страстным.
Бросаться в бури и шторма,
Отчаянно, бесстрашно,
Пусть в океан несет волна
В глубины и неважно,
Что не вернуться, не спастись,
Что ветру не прикажешь,
И воплощаешь ярко жизнь,
Но только персонажем...
В одной из книг живых видений,
Таится цель твоей мечты,
Святая муза вдохновений,
Греха вобравшая черты.
Что с вами будет — неизвестно,
Ради чего, на что пойдешь?
Играй же этой ложью честно
И в чести будет только ложь.
Не рассекай дорог своих,
не властвуй над душой таланта,
зажги огонь, чтоб не утих,
не обижай комедианта.
Создав шедевр от Творца,
ты отдохни, пускай дивятся,
не раскрывая их лица,
ты в тайне можешь оставаться.
Есть большее, о чем радеть,
есть лучшее, к чему стремиться,
пускай из слов плетется сеть,
их называют небылицы.
Слова, как пыль,
Негоже прикасаться,
В простую быль
Дано им превращаться,
Лишь взгляд и смех,
Зовущие к волненью,
Среди утех
Подобны вдохновенью.
Не говори,
Когда душа искрится,
В огне зари
Дано желанью сбыться.
Огня и ветра! Слушай глас земли,
Когда водой заполненная бездна
Взовет, тогда ты Жизнь освободи,
В природе нет того, что бесполезно!
Ты рок и вдохновение мечты,
Мой Путь длинною в вдох и бесконечность
Спроси кто избранный? Отвечу — это ты,
Безумное мгновение и вечность.
Писательская работа в целом в том и состоит, чтобы видеть причинно-следственную связь там, где она на первый взгляд отсутствует.
Я никогда раньше не падала в обморок. Впрочем, раньше я никогда не смотрела в глаза мужчине, где не отражалось бы ничего, кроме ада.