Наши матери платят налоги гробами.
Все эти прогнозы, экономисты... Я очень люблю прогнозы экономистов, но они в итоге сводятся к тому: сахар дешевеет — гоним самогон, сахар дорожает — покупаем водку!
Наши матери платят налоги гробами.
Все эти прогнозы, экономисты... Я очень люблю прогнозы экономистов, но они в итоге сводятся к тому: сахар дешевеет — гоним самогон, сахар дорожает — покупаем водку!
Я понимаю, что русский бизнес очень патриотичен, особенно это чувство возникает, когда бюджетные деньги надо делить...
Парадокс: Украину все украинцы любят, только живя далеко за её границами, и почему-то, живя на помойке, внутри любить её у них не получается...
Один мой товарищ говорил: «Со мной легко общаться — я предельно гибок». А другой ему ответил: «Со мной ещё проще — я беспредельно гибок!»
Журналистика в Украине больна теми же пороками, что и политика. Она так же продажна, так же субъективна, так же непрофессиональна… Свобода слова в Украине есть. К сожалению, она идет рука об руку со свободой вранья и полной безответственности за это вранье. Дайте людям выбирать ту музыку, которая нравится им, а не политикам.
Человек — странное существо, честное слово. История его учит тому, что ничему не учит. И вообще, такое ощущение, что когда человек погружается в комфорт — он начинает «борзеть». Это касается, между прочим, и многих молодых людей и в нашей стране: они плохого не видели, поэтому, кажется, что когда им жмут ботинки — это самое ужасное, что может случиться в жизни. Или когда, так сказать, — айфон зависает... Грубо говоря, Европа забыла — как вообще бывает в этой жизни. Забыла. Они расслабились настолько, что вот они глотнули вот эту проблему мигрантов, они профукали все теракты, теперь им кажется, что с Россией можно справиться санкциями и, вообще, что мир вот такой, какой они себе его придумали. Правда, в этом есть истина — они перестали нас уважать, потому что мы позволили перестать себя уважать. Это наша вина. Это мы с девяносто первого года сделали всё, чтобы они могли об нас ноги вытирать. Мы расстелились ковриком и сказали: «Вот они мы. Давайте нас с любой стороны — как хотите, только выпишите нам справку, что мы имеем право на жизнь». Мы всё у них постоянно спрашиваем справки, напишите, что мы имеем право на жизнь и поставьте сюда печать, круглую, треугольную, и так далее, и так далее. Мы в этом виноваты, к сожалению. Мы их расслабили.
Я не беру в руки оружие ни при какой ситуации. Я не участвую в гражданской войне ни на чьей стороне. Я стараюсь делать всё для того, чтобы убедить общество и украинское правительство, что война — это не выход. Нужно остановиться. Всё равно придётся остановиться, потому что нет ни одной гражданской войны, которая рано или поздно не заканчивалась.
Я, конечно, понимаю, что есть люди, которые всё знают лучше нас, у которых есть стратегия. Ну так говорят! Так говорят! Ну я пока признаков этого, честно говоря, не вижу. Мне кажется, главная стратегия заключается в том, что: «Давайте подождём, авось рассосётся!» Вот это — не план, на мой личный взгляд!