Иногда то, что за что мы держимся, и близко не так важно, как то, с чем мы расстаемся.
... что для одного — ненужный хлам, для другого — недоступная роскошь.
Иногда то, что за что мы держимся, и близко не так важно, как то, с чем мы расстаемся.
Перемены — часть жизни. Они неизбежны. Деревья, меняясь, не извиняются. Почему я должна?
— Я думал, что ты мягкий и доброжелательный. Ошибся. Я не прощу тебе этого отказа.
— Даже если и мягкий, но не овца. Мне можно перерезать горло, но шкуру с меня не снять.
— Но это очень важно!
— Ваше Величество хочет, конечно, сказать «неважно»...
— Ну да, именно это я и хотела сказать.
За торговлю одним из самых безобидных наркотиков, какие известны человечеству, ты поимеешь двадцатку строгого, за торговлю тем, что ежегодно сводит в могилу сотни тысяч людей, можно поиметь рыцарское звание.
Человек существует лишь настолько, насколько себя осуществляет. Он представляет собой, следовательно, не что иное, как совокупность своих поступков, не что иное, как собственную жизнь. Уж если я ликвидировал бога-отца, то должен же кто-нибудь изобретать ценности. Нужно принимать вещи такими, как они есть. И, кроме того, сказать, что мы изобретаем ценности, — значит утверждать лишь то, что жизнь не имеет априорного смысла. Пока вы не живете своей жизнью, она ничего собой не представляет, вы сами должны придать ей смысл, а ценность есть не что иное, как этот выбираемый вами смысл.
Какая, по-твоему, она — жалкая жизнь? В бедности? В голоде? Ни в коем разе. С гневом, обидной, болью в сердце, с неуважением к родителям, жизнь без обязательств, показуха, притворяться тем, кем не являешься — всё это делает человека жалким.