Уильям Шекспир

Другие цитаты по теме

Скажи, что я уплатой пренебрег

За все добро, каким тебе обязан,

Что я забыл заветный твой порог,

С которым всеми узами я связан,

Что я не знал цены твоим часам,

Безжалостно чужим их отдавая,

Что позволял безвестным парусам

Себя нести от милого мне края.

Все преступленья вольности моей

Ты положи с моей любовью рядом,

Представь на строгий суд твоих очей,

Но не казни меня смертельным взглядом.

Я виноват. Но вся моя вина

Покажет, как любовь твоя верна.

Год — это совсем не так долго, в самом деле. Даже не достаточно долго, чтобы можно было без боли вспоминать его смех, когда они были наедине, его доброту к подданным, звук его голоса, его твёрдую походку, острую проницательность пытливого ума и хорошо знакомые признаки разгорающейся страсти, которая вспыхивала в ответ на её страсть.

Неужели ты думаешь, Виктор, что мне легче, чем тебе? Никто не любил свое дитя больше, чем я любил твоего брата (тут на глаза его навернулись слезы), но разве у нас нет долга перед живыми? Разве не должны мы сдерживаться, чтобы не усугублять их горя? Это вместе с тем и твой долг перед самим собой, ибо чрезмерная скорбь мешает самосовершенствованию и даже выполнению повседневных обязанностей, а без этого человек непригоден для жизни в обществе.

Любимая работа поднимает рано, и мы с радостью принимаемся за неё.

Ты будешь жить на свете десять раз,

Десятикратно в детях повторенный,

И вправе будешь в свой последний час

Торжествовать над смертью покоренной.

Ты говоришь, что нет любви во мне.

Но разве я, ведя войну с тобою,

Не на твоей воюю стороне

И не сдаю оружия без боя?

Вступал ли я в союз с твоим врагом,

Люблю ли тех, кого ты ненавидишь?

И разве не виню себя кругом,

Когда меня напрасно ты обидишь?

Какой заслугой я горжусь своей,

Чтобы считать позором униженье?

Твой грех мне добродетели милей,

Мой приговор — ресниц твоих движенье.

В твоей вражде понятно мне одно:

Ты любишь зрячих, — я ослеп давно.

Наши раны заживут, а скорбь станет радостью!

С моей тоской я свыкся навсегда,

Дойдя до безразличия такого,

Что мне не в радость ласковое слово,

Что мне не в тягость злоба и вражда.

Я жив, пока жива моя беда;

Так обошлась со мной судьба сурово,

Что я бегу от празднества любого,

Лишь скорбь не причиняет мне вреда.

Моим несчастьям нет конца и края,

Вся жизнь — несчастье. Горе бесконечно,

И, значит, бесконечна жизнь моя.

Ведь если боль живёт, не умирая,

То вместе с болью буду жить я вечно;

Но если боль умрёт, умру и я.

Все страсти, все любви мои возьми, —

От этого приобретешь ты мало.

Все, что любовью названо людьми,

И без того тебе принадлежало.

Толкует о душе твоей молва.

А зеркало души — ее деянья.

И заглушает сорная трава

Твоих сладчайших роз благоуханье.