— А ты чувствуешь, когда я переживаю за тебя?
— Иногда. Я знаю, что это неправда, иногда. Но от добрых слов, от приятных слов лучше, даже если неправда.
— А ты чувствуешь, когда я переживаю за тебя?
— Иногда. Я знаю, что это неправда, иногда. Но от добрых слов, от приятных слов лучше, даже если неправда.
Гордость. Пострадала моя гордость, а не разбитое сердце. Я в него не влюблена. Я не предъявляю на него никаких прав. И не хочу, чтобы он чего-то требовал от меня. Мы просто друзья, знакомые вот уже много лет.
Просто уязвлённая гордость. Вот и всё.
Это могло быть правдой, вот только ощущалось всё совершенно иначе.
Надежда оказывалась слишком крутой и высокой горой, на которую так трудно было карабкаться. Да и незачем, если подумать. Чем выше взбираешься на эту гору, тем глубже разверзается под ногами пропасть отчаяния, и оборваться в нее — один лишь миг. Миг, когда окажется, что надеялся зря.
Похожая история случалась, и не раз,
И каждого из нас вёл за собой ветер морской,
И парусами полными качались облака,
Там, где встает заря, мы бросим якоря!
Вам знакома легенда о Пандоре? Зевс отдал Пандору в жены Ипометэю. Она была первой женщиной на Земле. У нее был ящик, который Зевс запретил открывать. Но однажды, поддавшись любопытству, она приоткрыла его. Все несчастья человечества вырвались наружу, распространились по Земле. Старость, болезнь, ложь, безумие. Испугавшись, Пандора закрыла ящик. К счастью, он не успел полностью опустошиться. В нем осталась одна очень ценная вещь, на самом дне. НАДЕЖДА. И с этого самого дня человек, даже если его одолевают неприятности, всегда хранит внутри себя маленький огонек надежды.
— За границей были проблемы с крысами. Было так скверно, что мы сами ставили крысоловки в казармах. Доска вела к приманке, привязанной над ведром с водой. Крысы бежали по доске, падали в ведро и тонули. Безболезненно. Но если налить слишком много воды, они плавали часами, страдая, потому что у них была надеджа. Но у них не было ни шанса, как у всех нас по милости твоей системы.
— На надежде построено все наше общество.
— На ложной надежде. Я бы лучше жил в хаосе, чем в обществе, где у вас власть.
Крестьянин, выходя весной в поле, надеется, что осенью соберет урожай. Армия, вступая в войну, обязана верить, что в конце ее будет победа. И пахарь и солдат одинаково терпят лишения ради конечного результата. Не будь этой манящей цели — к чему же тогда наши усилия?
Человеку даруется надежда, и он использует её как топливо, чтобы жить дальше. Без надежды никакое «дальше» невозможно.