Однажды адвокат нашей семьи сказал: «Две самые дорогие вещи, которые может позволить себе Рокфеллер, — пойти в политику или развестись».
В толпе нет предумышленности; она может последовательно пройти всю школу противоречивых чувствований, но всегда будет находиться под влиянием возбуждений минуты. Толпа похожа на листья, поднимаемые ураганом и разносимые в разные стороны, а затем падающие на землю.
Когда люди уже не любят друг друга, им трудно найти повод для того, чтобы разойтись.
— Вы хотите, чтобы я объяснил вам нашу политику?
— Нет, спасибо, я и так всё понял. Вы ищите отчаявшихся людей и нацеливаетесь на них в надежде наладить с ними отношения до конца их жизни.
— ...
— Был у меня один клиент, который, скажем так, вёл бизнес таким же образом.
— Правда? И в каком направлении он работал?
— Он продавал героин.
— Иди сейчас поспи, пару часов, а потом звони, когда будешь мыслить трезво.
— Знаешь, что? Я-то, как раз, мыслю трезво. А вот ты нет, ты не можешь, потому что ты в миллионах гребанных миль отсюда, а я нахожусь здесь каждый день и я каждый день вижу все ужасы этой войны, которую ты и эти вероломные политики, сраные бюрократы, видите только на картинках! Так что не смей мне говорить, что я не в состоянии мыслить трезво!
— Господи! Господи... Ты сам, ты сам, ты сам виноват! Сам, сам во всём виноват. Ты виноват сам! Ты сам виноват.
— Как тебе не стыдно, Ксения!
— Мне не стыдно! Ты все время занимался только своей писаниной. Над тобой смеялись. Ты ненавидел моих друзей, а я старела, я старела!
— Что-то я отвык от всего этого, Ксюша!
Я всегда поддерживал борьбу за национальное освобождение, и никогда не поддерживал терроризм. Я поддерживал Нельсона ***лу и Сэма Нуйому, который стал президентом Намибии. Я также поддерживал Организацию освобождения Палестины. Сегодня этих людей принимают с почетом в Белом доме. А меня по-прежнему считают террористом.
Cлайд с цитатой