Не так просто убить Бога, как ты думаешь. Нет, Пустота была заключена в тюрьму...
Я бью своих подданных, да, но это потому, что я могу видеть их потенциал, даже когда... Даже когда они переступают через себя...
Не так просто убить Бога, как ты думаешь. Нет, Пустота была заключена в тюрьму...
Я бью своих подданных, да, но это потому, что я могу видеть их потенциал, даже когда... Даже когда они переступают через себя...
Я больше не могу молиться. Мне кажется, что если опущусь на колени, Бог сразу же убьёт меня. Надеюсь, что Бога нет. Наверное, все убийцы на это надеются, ведь если нет рая, нет и ада.
Ух, и смешно же получилось! Ведь в тюрьму-то меня засадили за убийство, а выпустили с ружьем в руках и освободили подчистую только, чтобы я людей убивал.
Убей одного человека — и ты станешь убийцей. Убей миллионы — и станешь завоевателем. Убей всех — и ты станешь Богом.
— Я думала, Бог любит всю живность.
— То, что он ее любит, не значит, что он порой не может ее прибить.
— Вы прольёте кровь в святом месте?
— Боги не будут против. Они пролили крови больше, чем все мы взятые.
Этот, ваш, чудовищный Бог!
Он, как с бараном, разделался со своим сыном.
Во что же он превратит меня?
Гражданин! Поверьте мне, когда я говорю, что и сейчас людей убивают в тюрьмах, как их убивали всегда — с той поры, как люди построили первые тюрьмы.
... Да, убить его, зная, что он твой союзник. Сложно... Знания никогда не будут стёрты.