— Малаша, доченька...
— Чё?
— Иди! Чего папаня даст!
— Ну иди сюда, доченька, чего дам!
— Чего папаня даст!
— Малаша, доченька...
— Чё?
— Иди! Чего папаня даст!
— Ну иди сюда, доченька, чего дам!
— Чего папаня даст!
— Сегодня, простите, какое число?
— Двенадцатое.
— Двенадцатое, вон как... А то мы живём на отшибе, не очень-то в курсе... Там что, новый декрет вышел?
— Какой декрет?
— Ну, чтобы жениться по двенадцатым числам? Мда... Сегодня почему-то женихи зачастили.
Давным-давно я вёл одну программу, приходит такой известный российский актер и я его спрашиваю: «Кого вы считаете выдающимися актерами двадцатого века?»
Он так сел и сказал: «Нас немного...»
Пьян! Разве я на это жалуюсь когда-нибудь? Кабы пьян, это бы прелесть что такое — лучше бы и желать ничего нельзя. Я с этим добрым намерением ехал сюда, да с этим добрым намерением и на свете живу. Это цель моей жизни.
Я не жалею о пережитой бедности. Если верить Хемингуэю, бедность — незаменимая школа для писателя. Бедность делает человека зорким. И так далее.
Любопытно, что Хемингуэй это понял, как только разбогател…
— Я знаю, что нам делать с твоими предвидениями... Знаю, куда с ними ехать.
— Куда же?
— В Вегас!
— В Сент-Луисе вывесили ордер на твой арест. Теперь ты есть в базе данных ФБР.
— Теперь я популярен как Дилинджер!