Жить с разбитым сердцем — всё равно что жить полумёртвым, а это не то же самое, что быть наполовину живым. Полумёртвый и есть полумёртвый. Это не жизнь.
От слоя глазури дела не улучшатся.
Жить с разбитым сердцем — всё равно что жить полумёртвым, а это не то же самое, что быть наполовину живым. Полумёртвый и есть полумёртвый. Это не жизнь.
Даже в самых безвыходных ситуациях нам приходится искать выход. Каждый день мы играем в шахматы. Наш противник — зло. Чаще всего мы выигрываем. Хотя, бывает, что и нет. И всё это ради одного слова. Надежда! Она теплится в нас. Она — наше горючее.
Я научился мысленно считать секунды, экономить силы и при необходимости ускоряться. Вот что делает с человеком страх!
Если много раз повторить одно и то же слово, то останется только звук, утративший смысл.
Темнота, как водится, усугубляет тревогу. Так уж она, темнота, действует: оживляет страхи, которые в свете дня прячутся, но не исчезают.
«Палками и камнями можно поломать мне кости», как поётся в детской песенке... Но если хотите нанести кому-то по-настоящему глубокую рану, воспользуйтесь словами.
Он – воплощение наполеоновского комплекса у животных, если такое только бывает! У него вид сердитого бульмастифа, которого запихнули в тело размером с буханку хлеба. С него хоть плакат рисуй: «Это не размер собаки в бою, а размер боя в собаке».
Каждая минута ожидания будет превращаться в час. Так всегда бывает, когда кого-то ждёшь. Минуты вырастают в часы, часы — в дни, дни — в целые жизни.
Медицина и скалолазание научили меня, что дурные обстоятельства нельзя сваливать в кучу, надо разбираться с каждым по отдельности.