– Бык, внесённый в виде платы десять лет тому назад? – послышались в стае ворчащие голоса. – Какое нам дело до костей, которым минуло десять лет?
– Или до честного слова? – сказала Багира, оскалив белые зубы. – Правильно вас зовут Свободным Народом!
– Бык, внесённый в виде платы десять лет тому назад? – послышались в стае ворчащие голоса. – Какое нам дело до костей, которым минуло десять лет?
– Или до честного слова? – сказала Багира, оскалив белые зубы. – Правильно вас зовут Свободным Народом!
— Что за беда? Это же только люди. Они сами убивали друг друга и были очень довольны, разве не так? — сказала Багира.
— Но все-таки они еще щенки, а щенок готов утопиться, лишь бы укусить луну в воде. Я виноват, — сказал Маугли, — говоря так, как будто знаю все на свете.
— Спокойней. Спокойней. Закону повинуются все.
— Хорошо бы еще при этом выучиться жевать ветки.
[Косуленок удачно встрял в разговор]
— Нам бы тоже очень этого хотелось. Очень-очень!
— Хорошо сказано. Когда перемирие кончится — это зачтется в твою пользу.
— Не забывай, что ты человек. Не забывай, стая тебя выгнала. Пусть волки гоняют собак, а ты человек.
— Это правда, что я человек, но нынче ночью я сказал, что я волк. Этому меня в крови. Я охотник Свободного народа, и останусь им, пока не уйдут рыжие собаки.
Мы велики! Мы свободны! Мы достойны восхищения! Достойны восхищения, как ни один народ в джунглях! Мы все так говорим — значит, это правда.
В Пермском крае появилась своя криптовалюта. Я бы даже сказал, швейновалюта — носкикоинт. И какой курс? Небось ещё правый носок дают авансом, а левый зарплатой. Надеюсь, хотя бы платят белыми носками, а не в конвертах. Фраза «деньги не пахнут» заиграла новыми красками. Не, ну а что, носки как деньги, вечно куда-то пропадают. Ну, по крайней мере, один носок точно. В любом случае, девушкам в этом крае теперь придётся пофантазировать, что дарить мужчинам на 23 февраля, так как носки уже не катят.
... мечтаю поскорее вернуться на Запад, где клиент всегда будет драться за свои деньги с упорством, вполне достаточным для того, чтобы твоя совесть позволила тебе их у него отобрать.