— Если человек чего-то сильно боится, он даже высокую траву за призрака примет, да?
— Значит, я всего лишь высокая трава.
— Если человек чего-то сильно боится, он даже высокую траву за призрака примет, да?
— Значит, я всего лишь высокая трава.
Все предпочитают что-то делать на месте убийства — это создает иллюзию, что смерть не так уж страшна, когда ты сильно занят.
— Эта девушка такая красивая, очень умная, весёлая. Она отличается от всех девчонок с которыми я был, и очень...
— Так позвони ей, Ромео.
— Зачем? Чтоб понять, что она не такая и умная, чтоб понять, что она скучна?
Пока она для меня совершенство. Я боюсь разрушить это.
— Может, ты сейчас совершенен. Может, ты это боишься разрушить?
Страх не является признаком малодушия. Этот страх позволяет нам быть смелыми и достойными перед лицом жизненных ситуаций. Кто нибудь, кто испытывал страх – и, несмотря на него, действовал, не позволяя ему запугать себя – доказывает свою храбрость. Но кто нибудь, кто в трудной ситуации не считался с опасностью, доказывает только свою безответственность.
Богатство, говорил он, внушает тому, кто им владеет, иллюзию, будто он слеплен из другого теста, чем простые люди. Он говорил о низкопоклонстве, что испытывают перед большим богатством люди, для которых мирские достижения — единственная мера успеха. Богатство порождает и пестует иллюзии, а иллюзии развращают.
Ночь, как слеза, вытекла из огромного глаза
И на крыши сползла по ресницам.
Встала печаль, как Лазарь,
И побежала на улицы рыдать и виниться.
Кидалась на шеи — и все шарахались
И кричали: безумная!
И в барабанные перепонки вопами страха
Били, как в звенящие бубны.
Очень важно ничего не бояться, потому что если бояться и сидеть дома, то можно пропустить самое интересное.
Иногда наши страхи говорят о наших желаниях больше, чем мы сами говорим себе о них. Но если ты узнаешь, почему ты боишься того, чего на самом деле хочешь, ты узнаешь себя.
Суть в том, что я люблю призраков, потому что они показывают что есть что, а не то, что я хочу увидеть.