В закрытом обществе, где каждый виновен, преступление заключается в том, что тебя поймали.
7.00
Мы были уже на краю пустыни, когда нас начало накрывать…
Хантер Томпсон. Страх и отвращение в Лас-Вегасе: Дикое путешествие в Сердце Американской Мечты
Другие цитаты по теме
Cлайд с цитатойПиратство — идеальный образ жизни для «супервора». Он может грабить, перерезать глотки, сжигать города, похищать женщин. Он может осуществлять все свои детские фантазии, исполненные агрессии и насилия.
В городе, в котором полным-полно закоренелых психопатов, никто даже и не заметит кислотного торчка.
Али был приговорен к пяти годам заключения за отказ убивать «узкоглазых».
«Я ничего против них, Вьетконговцев, не имею» — сказал он. Пять лет.
Выпячивая страдания одной жертвы, мы забываем о страданиях масс. Приписывая вину одному злодею, мы отрицаем вину общества.
Я нарушил все правила, по которым жил Лас-Вегас: кинул местных, оскорбил туристов, затерроризировал служащих.
И сейчас, чувствовал я, остается лишь надеяться, что мы дошли с нашими выходками до такой крайности, что никто из тех, кто способен занести над нами карающий меч правосудия, просто не сможет во все это поверить.
Время от времени, когда твоя жизнь усложняется и вокруг начинают виться всякие скользкие подхалимы, настоящий, действенный курс лечения — загрузиться под завязку гнусной химией, а потом мчаться, как бешеная скотина, из Голливуда в Лac-Beгac. Расслабиться, как это бывало, в чреве исступленного солнца пустыни. Вернуть крышу в прежнее состояние, привинтить ее наглухо болтами реальности; намазать рожу белым кремом для загара и двинуться дальше с музыкой, врубленной на полную громкость, и хотя бы с пинтой эфира.
Воровство — самое примитивное и самое распространенное из всех видов преступлений, и большинство воров признает, что они, по сути, «паразиты на теле общества», которое их отвергает. «Супервор», однако, никогда этого не признает. Он принадлежит к числу высокодоминантных личностей. А такие люди охвачены постоянным стремлением к новизне и авантюрам. Где-то в тайных глубинах своей души, на уровне подсознания, он понимает, что достоин славы и известности и заслуживает чести быть «кем-то» в глазах окружающих. В идеале он желает вести такую жизнь, которая позволила бы ему свободно воровать и (иногда) насиловать.
В обществе, где виновен каждый, единственное преступление — быть пойманным. В мире воров единственный смертный грех — это глупость.
Мы сидели в вестибюле гостиницы в Беверли Хиллз попивая коктейль с мескалином, пытаясь уйти от гнусной реальности года 1971 от Рождества Христова.