Врач, не уверенный в своих силах, не сможет добиться успеха.
Наличие хорошего врача в городе — благодеяние Господне.
Врач, не уверенный в своих силах, не сможет добиться успеха.
Только тот, кто обладает силой духа, способной исцелять болезни, может быть назван настоящим врачом. Все остальные — какие бы медицинские трактаты они ни читали, какие бы снадобья ни готовили по чужим рецептам — есть лгуны, шарлатаны и обманщики. Все болезни, за исключением механических повреждений, происходят от упадка духа.
— Этот доктор творит чудеса! Он буквально за минуту вылечил все мои болезни, — саркастически заметила Фаина Георгиевна после посещения врача.
— Каким образом?
— Он сказал, что все мои болезни — не болезни, а симптомы приближающейся старости.
Когда-нибудь настанут светлые времена, и фургоны с красным крестом будут появляться на сцене в критический момент, когда это действительно необходимо. И люди в белых халатах с сияющими нимбами вокруг головы всегда придут к вам на помощь, будьте уверены. Когда-нибудь.
Как говорил нам, тогда еще зеленым студентам, один преподаватель в институте, каждый доктор проходит в развитии своего врачебного мировоззрения несколько ступеней. Первая: больны все! Здоровых не бывает! Всех лечить! Вторая: организм пациента мудрее врача! Дайте природе сделать свою работу! Большинство болезней (если это не травма и не опасное для жизни состояние) можно не лечить! И третья: так все же лечить или не лечить?
Не ваша вина, если вам приходится сообщать людям скверные вести, рассказывать про все эти болезни с латинскими названиями и про то, что это неизлечимо. Вы не можете приказывать природе. Вы всего лишь занимаетесь ремонтом.
— Евгения Михайловна, я очень хороший врач!
— Еврей?
— Нет...
— Немец?
— Нет...
— Доктор Хаус?
— Нет.
— Ты даже в тройку не вошёл!
— Если станет страшно, когда сканер зашумит, не пугайтесь, у нас ещё никто не умирал.
— Дорогая, мне не пять лет...
— Сколько?
— Всегда тяжело в такие моменты.
— ... Пожалеть Вас, что ли?
— Я хотел сказать...
— Хотите, чтоб мы о Вас поговорили... о Ваших чувствах... Вы же взрослый мальчик.
— Нет, я... три месяца... мне жаль.
— Жаль, да? Нет, не жаль, лишь чуть-чуть неловко.