Юрий Слепухин. Киммерийское лето

Другие цитаты по теме

... искусство доставляет радость только самому творцу, в момент творчества. Но это «радость», от которой иные вешались, стрелялись, сходили с ума. Каторга, самая настоящая каторга. И оттого, что без нее жить еще невыносимее, она легче не становится, именно от этого она еще страшнее. С обычной каторги можно хоть убежать или по меньшей мере надеяться на то, что убежишь рано или поздно. А тут надеяться не на что.

... искусство доставляет радость только самому творцу, в момент творчества. Но это «радость», от которой иные вешались, стрелялись, сходили с ума. Каторга, самая настоящая каторга. И оттого, что без нее жить еще невыносимее, она легче не становится, именно от этого она еще страшнее. С обычной каторги можно хоть убежать или по меньшей мере надеяться на то, что убежишь рано или поздно. А тут надеяться не на что.

Человек многое может, когда поймет, что другого выхода нет, что ему ничего не остается как терпеть.

Плохо быть как все, а если тебя считают странной — это не беда...

Самое скверное — сомневаться в своем призвании и в то же время чувствовать, что уже никуда от него не денешься.

Опасность требует, чтобы ей платили удовольствиями.

В кругу учёных есть только два понятия: наука и мнение. Первая даёт точное познание о вещах, а последнее порождает невежество. Следовательно, священное должно сообщать только просвещенным людям, которые уже достаточно ознакомлены с началами и важностью таких предметов: но отнюдь не передавайте священного профанам, пока они не будут посвящены в таинства науки.

Солнце настолько приелось, что перестало быть удивительным.

Позади вечное молчание и впереди вечное молчание, и только небольшой отрезок времени мы должны прожить так, чтобы счастьем этого мгновения восполнить всю бесконечную пустоту молчания...