Не горюй о сердце, я скую другое...
Ты чужой, ты другой, ты не мой, не любый.
Но подожди, за окном идут дожди, не ходи, не думай.
Не горюй о сердце, я скую другое...
Ты чужой, ты другой, ты не мой, не любый.
Но подожди, за окном идут дожди, не ходи, не думай.
Горы ждали весны, посылали солнце за ней.
Сосны видели сны, как им мачтами стать кораблей.
На пороге бросил ворох горицвета,
Только обернулась — он уже далеко,
А в гнездо пустое на дубовой ветке
Колокольчик-сердце унесла сорока.
Сумасшествие! Да, именно сумасшествие! Впервые в жизни она пошла на поводу у эмоций, делая то, что, она это прекрасно понимала, было глупым безрассудством. Она была истинной дочерью Ван Алдина, чтобы осознать собственную глупость, и достаточно разумной, чтобы оценивать собственные действия. Но она была истинной дочерью Ван Алдина и в другом смысле. В ней была его непреклонность: приняв решение, во что бы то ни стало выполнить его. С колыбели она была очень своевольна, и все обстоятельства жизни только способствовали утверждению этого качества. Сейчас со всей беспощадностью она поняла это. Да, на карту поставлено все. И теперь она должна пройти через это.
Я наспался за столетия,
Я устал от жалких снов:
Подавай мне лихолетия
С потрясением основ!
Принял Дьявол мое обличье,
Не найдешь и пяти отличий,
Он упал пред тобой на колени,
Целовал холодные руки.
Вы будете таким, каким вам быть должно.
Пусть неудача вас покинет,
Ваш дух презрит невзгоды, став свободным,
И обстоятельства отступят.
Он покорит и время, и пространство,
Подчинит насмешника себе, чье имя Шанс,
Преодолеет обстоятельств всех давленье,
Тогда они, развенчанные, станут вам служить.
Воля человека — невидимая сила,
Она, порожденье бессмертной души,
Прорубит толщу гранитной глыбы,
Найдя дорогу к своей цели.
Где нужно подождать, не следует спешить,
Умейте с пониманием ждать,
Когда воспрянет дух ваш, дав команду,
Заставите богов повиноваться вам.