– Бунт. Он всегда такой, – заметил я, – безжалостный и беспощадный. Он одинаков в своей жестокости везде, среди всех рас.
Первоначальный душевный надрыв рискует, таким образом, стать комфортабельным. Рана, растравляемая с таким усердием, в конце концов может стать источником наслаждений.
Беда не появится из ничего,
Ведь мир имеет строенье кольца.
Так что жестокий он от того,
Что у самих нас пустые сердца.
Неужели судьба может быть так же жестока, как мыслящее существо, сделаться такой же чудовищной, как сердце человека?
Надо сказать, люди жестокие. Даже нам, драконам, до вас далеко. Вы строите своё счастье на страдании себе подобных.
Жестокостью добиваются результатов быстрых, но ненадёжных, а милосердием – результаты медленные и продолжительные.
... власть плохо вдается в доводы бунта; но бунт вообще никогда не вдается в доводы власти.
Жестокостью можно покорить город, но правление не будет долгим. Тирания рождает отчаяние, отчаяние рождает бунт, а бунт рождает нового тирана.
Cлайд с цитатой