Ярослав Гжендович. Владыка Ледяного сада. В сердце тьмы

Так уж мы, люди, устроены. Кроме логики, рассудка и способности взвешивать шансы, у нас есть еще и совесть. Ее угрызения. Чувства. Всякие чрезмерности, которые и делают нас людьми.

0.00

Другие цитаты по теме

Что есть человеческая эмоция? Например, что такое любовь? Мы с ней рождаемся? Или этому можно научить? И как насчет темных чувств: страха, гнева, насилия. Без них человеческое сознание неполно. И память. Наша — субъективна и ненадежна. Но как научить компьютер забывать? Или мечтать? Это человеческая потребность. Нужно ли осознанному синту мечтать? Видеть кошмары? Конечно, нет. Они же просто машины.

Чем дольше люди живут на земле, тем менее свободными и радостными они себя ощущают. По мере того, как они продвигаются во времени — и накапливают опыт, имущество, отношения, ответственность и веру в беспомощность — тем дальше и дальше большинство из них отходит от своего истинного, естественного состояния бытия.

Все мы философы для других, но не для себя; в момент, когда мы начинаем чувствовать, мы перестаем предаваться мудрым размышлениям.

– Есть на свете и кое-что другое. Но ты этого не знаешь. – Она помолчала. – Ты не знаешь, потому что у тебя нет слез, и ты не понимаешь, что значит – грустить вдвоем.

– Да, этого я не понимаю. Мы не часто грустили, Лила.

– Да, ты не часто грустил. Ты или злился, или был равнодушным, смеялся или был таким,

каких вы называете храбрыми. Но это не храбрость.

– А что же это такое. Лила?

– Страх выдать свои настоящие чувства. Страх перед слезами. Страх, что тебя не посчитают за мужчину. В России мужчины плачут и остаются мужественными. А ты никогда не открыл своего сердца.

Все человеческие чувства – любовь, дружба, зависть, человеколюбие, милосердие, жажда славы, честность – ушли от нас с тем мясом, которого мы лишились за время своего продолжительного голодания. В том незначительном мышечном слое, что еще оставался на наших костях, что еще давал нам возможность есть, двигаться, и дышать, и даже пилить бревна, и насыпать лопатой камень и песок в тачки, и даже возить тачки по нескончаемому деревянному трапу в золотом забое, по узкой деревянной дороге на промывочный прибор, в этом мышечном слое размещалась только злоба – самое долговечное человеческое чувство.

Иногда нам встречается человек, который разрушает целый мир и создает новый. Ценность этого человека заключается в том, что без него твой мир превращается в руины.

Люди с тонкой душевной организацией слишком многое видят и поэтому никогда не могут дать прямой ответ.

Почему без миллионов можно? Почему без одного нельзя?

Люди могут влюбляться неоднократно, ведь их чувства со временем меняются. Человеку сложно посвятить свою жизнь кому-то одному, ведь она так быстротечна.

Москва, Тель-Авив, Копакабана,

Кейптаун, Нью-Йорк, весь мир.

Слушайте сердцем!

Нас уже много!

Наша Любовь — имя нашего Бога!