Так бывает у неё на сердце лёд
И ты берёшь билет на самолёт.
И бежишь за ней, потеряв покой.
Она давно счастлива,
но только не с тобой...
Так бывает у неё на сердце лёд
И ты берёшь билет на самолёт.
И бежишь за ней, потеряв покой.
Она давно счастлива,
но только не с тобой...
Эти стихи, наверное, последние,
Человек имеет право перед смертью высказаться,
Поэтому мне ничего больше не совестно.
These are the wonders of the younger.
Why we just leave it all behind
And I wonder
How we can all go back
Right now.
После Гоголя, Некрасова и Щедрина совершенно невозможен никакой энтузиазм в России. Мог быть только энтузиазм к разрушению России. Да, если вы станете, захлёбываясь в восторге, цитировать на каждом шагу гнусные типы и прибауточки Щедрина и ругать каждого служащего человека на Руси, в родине, — да и всей ей предрекать провал и проклятие на каждом месте и в каждом часе, то вас тогда назовут «идеалистом-писателем», который пишет «кровью сердца и соком нервов»... Что делать в этом бедламе, как не... скрестив руки — смотреть и ждать.
Судья в вопросах красоты,
Рассуди меня
C моими cлабостями,
Я пока пойду сводить мосты
Да в груди менять
Сердца местами.
Сбиваются года
В десятилетия и улетают.
Видать куда-то в те края,
Где люди исчезают.
Мы время по часам сверяем,
Пока оно смиряет нас.
Жаль, мы того не понимая,
Порою упускаем шанс любить,
И просто отпускаем тех,
Кто любит нас.
Кто подошла ко мне так резко
И так незаметно?
Это моя смерть!
Кто ложится на меня
И давит мне на грудь?
Это моя смерть!
Кто носит черный галстук
И черные перчатки?
Это моя смерть!
Кто подверг меня беспамятству
И ничегоневиденью?
Это моя смерть!
Прожить так много, но помнить так мало… Может, я должен быть благодарен?
После этого всё трагически улетучится и появится возможность видеть лишь чудесное…
Чукотки лето коротко,
как в тесных тучах солнца прогляд.
Уж скоро струны ливней дрогнут
и стукнет осень ноготком
в мое окно.
Уже любимой не подаришь -
уже отцвел чукотский ландыш,
и одуряюще, как маг,
не полыхнет полярный мак.
Последние глотки лимана
осталось берегу цедить.
Но почему дано ценить
лишь то,
чего всегда
так мало!..