Мы все, по сути, совсем одни. И когда подыхаем, мы тоже совсем одни.
... кроме того, когда я почувствую, что мне и в самом деле плохо, я не стану ни на кого рассчитывать. Я сам выброшу себя на помойку.
Мы все, по сути, совсем одни. И когда подыхаем, мы тоже совсем одни.
... кроме того, когда я почувствую, что мне и в самом деле плохо, я не стану ни на кого рассчитывать. Я сам выброшу себя на помойку.
Даже смерть не казалась теперь такой уж страшной. В конце концов она придет ко всем. Зачем бояться её раньше времени?
Змея обвилась вокруг щиколотки Маленького принца, словно золотой браслет.
— Всех, кого я коснусь, я возвращаю земле, из которой они вышли, — сказала она. — Но ты чист и явился со звезды...
Маленький принц не ответил.
— Мне жаль тебя, — продолжала змея. — Ты так слаб на этой Земле, жесткой, как гранит. В тот день, когда ты горько пожалеешь о своей покинутой планете, я сумею тебе помочь. Я могу.
И я сам – вялый, расслабленный, непристойный, переваривающий съеденный обед и прокручивающий мрачные мысли, – я тоже был лишним. К счастью, я этого не чувствовал, скорее я понимал это умом, но мне было не по себе, потому что я боялся это почувствовать … Я смутно думал о том, что надо бы покончить счеты с жизнью, чтобы истребить хотя бы одно из этих никчемных существований. Но смерть моя тоже была бы лишней. Лишним был бы мой труп, моя кровь на камнях, среди этих растений, в глубине этого улыбчивого парка. И моя изъеденная плоть была бы лишней в земле, которая ее приняла бы, и наконец мои кости, обглоданные, чистые и сверкающие, точно зубы, все равно были бы лишними: я был лишним во веки веков.
Люди рождаются и умирают в одиночестве. Не выпрашивай любовь как ребёнок. И не дуйся, если на тебя кто-то не обращает внимания.
Смерть и дурак… Смерть – это перерождение. А дурак – начало любого путешествия. Меч, который избавился от луны, смог также поразить и Бога смерти… Темный клинок несущий смерть, «Скуро». Теперь же он – глупый путешественник и отныне, куда бы он ни пошёл, одиночество будет его спутником…