Мы не хотим навредить тебе, никому из вас. Но мы навредим. Это последнее предупреждение. В следующий раз сверну шею.
Величайшие чудеса происходят случайно.
Мы не хотим навредить тебе, никому из вас. Но мы навредим. Это последнее предупреждение. В следующий раз сверну шею.
— Здравствуй, Дейзи.
— Знаешь, я заказывала маникюр, а вместо этого получила пытки. В общем, твоя психо-тюрьма — отстой.
— Я всего лишь исправила одну вещь в жизни каждого. Сожаление. Полученный мир — результаты ваших действий. Алгоритмы идут своим чередом, как Доктор Редклифф всегда и хотел.
— [из-за стены] Я не это имел в виду, садистская ты ведьма!
– Щ. И. Т. скрывал от нас «Нью-Мексика», проект «Пегас», и вы молчали про «Сороконожку».
– Сороконожку?
– Подумать только. Вы не знаете, что это. В вашем распоряжении оборудование на миллиард долларов, а я обставила вас с ноутбуком, который выиграла в споре?
– Изменения могут быть не на поверхности, а скрыты внутри. Вы должны понимать: эти создания – оружие. Уродливые твари, даже если не знаю об этом.
[Всё начинает трястись]
– Колсон, в чём дело?
– Скай? Ничего не хочешь сказать?
– Скай, кто это делает?
– Я.
– Признаюсь, директор: это лучший жареный сыр, что я ела.
– Секретный ингредиент. Не спрашивай, я не расскажу.
— Что такого Гарретт ему наплел, чтобы контролировать его? Может, поэтому он предал нас.
— Я вполне уверена, что всё намного проще. Он злодей.
— Ну, я не верю, что люди рождаются злодеями. Что-то должно было случиться.
— А я не против взять Тора в свои человеческие руки.
— Да, он привлекательный, но...
— Нет. Он сказочный.
– Я хочу чувствовать эту боль, пока не найду Улей.
– Чтобы отомстить? Я не могу представить, через что ты прошла, но это стремление... я знаю кое-что о нём. Ты думаешь, что месть – это недостающая часть головоломки. Что это исцелит тебя. Но это сломает тебя ещё больше.
– То, что я имела в виду, когда говорила: «Восстание... – как я там сказала? – хорошая вещь», – я говорила про твиты.
– Твиты. Ты пытаешься улучшить или ухудшить положение?
– Перуанцы объединились впервые за десятилетия. Тысячи страдающих людей, которые никогда не встречались, объединены общей идеей? Это потрясающе.
– Странный у тебя способ показывать чувства.
– Специалисты не привыкли проводить время с людьми, только с теми, с кем мы из одного теста.
– Из кевлара?
– Мы делаем грязную работу, не показываем эмоций. Но ты... ты другая.
– Это плохо?
– Плохо для меня. Я не хотел думать о тебе, хотел быть сосредоточенным, а потом увидел тебя. Когда тебя ранили. Как ты боролась за свою жизнь. Но ты права. Я кевлар. А ты нет.
– Ты не обязан им быть. Ты не должен сторониться людей.
– Нет, должен. Есть кое-что обо мне... что тебе не понравится, если ты узнаешь.
– Думаешь, у меня нет скелетов?
– Это другое. Ты... хорошая.
– Как и ты.
– Не всегда.