Я с детства был помешан на вампирской тематике. Мне нравились старые фильмы про вампиров, я зачитал книги Энн Райс до дыр... Поэтому, когда меня утвердили на роль Деймона в «Дневниках вампира», радовался, как ребёнок. Это глубокий персонаж, никто не может понять, что творится у него в голове. Мы с ним как две части одной медали, как чёрное и белое.
— Ты вообще не имеешь права говорить о тех, с кем я встречаюсь, до тех пор, пока пялишь мисс «пардоньте за сиськи»! Извини, Декс, но она вульгарная. И бледная. В Майами не водятся бледные люди. Она вампир, совершенно точно. Вульгарный вампир с английскими сиськами.
— Ты только что описала идеальную женщину.
Он мог примириться с тем фактом, что она вампир, но что она мальчик — примириться с этим было гораздо сложнее.
— Каково это — быть таким, как ты?
— Займет несколько твоих жизней, чтобы ответить на твой вопрос.
— Тогда сделай меня такой, как ты — и у нас будет все время мира.
— Ты не знаешь, о чем просишь.
— Знаю. И не боюсь.
— Да, не боишься. Большинство людей просит сохранить им жизнь, а ты просишь забрать твою.
— Я хочу, чтобы та дал мне ту жизнь, ради которой стоит жить.
Я сам давно перестал строить воздушные замки и жил сегодняшним днём; вечно юный и вечно древний, я представляся самому себе чем-то вроде часов, тикающих в пустоте: лицо-циферблат выкрашено в белый цвет, глаза глядят в никуда; вырезанные из слоновой кости руки-стрелки показывают время ни для кого... в лучах первородного света, который существовал ещё до начала мира, до того, как Господь отделил свет от тьмы. Тик-так, тикают самые точные в мире часы, в пустой комнате размером со вселенную.
Некоторым так легко разрушить чью-то жизнь, и по-настоящему страшно, когда такая сила достаётся тем, кто не знает ни жалости, ни сострадания.
— Я их отвлеку, а вы спасаетесь.
— Нет...
— Это слишком опасно!
— Я вампир, а не цыплёнок.
— Каждый раз, когда я тебя вижу... Я чувствую, что хочу тебя больше всего на свете. Но я... То, что я отпускаю тебя, не значит, что я отказываюсь от тебя. Я хочу лишь, чтобы ты была счастлива. И если мне суждено обменять мою любовь, на твое счастье вдали от меня... с кем то другим, так тому и быть, — сказал вампир.
— Но ведь ты причинял мне боль, — заметила я. — На это и был расчет, — ответил он. — Ничто так не цепляет человека, как душевная боль. И тех, кто нам хоть когда-то ее причинил, мы не забываем.
Cлайд с цитатой