— Бог не вмешивается в наши дела!
— Вы хотите сказать, что, как бы оно тут ни обернулось, Богу на это наплевать?
— Я хочу сказать, что, как бы оно тут ни обернулось, Бог свою работу завершил. И теперь наша очередь. Мы должны позаботиться о себе сами.
Если бы люди были верны своим бессмертным инстинктам и Богу, который сотворил их; если б они были великодушны, честны, бесстрашны, бескорыстны, правдивы; если б женщины были чисты, мужественны, нежны и любящи — разве вы не можете себе представить, что красоту и силу такого света Люцифер, Сын Утра, любил бы — вместо того, чтобы ненавидеть? Что закрытые двери Рая были бы отперты, и что он, поднявшись к Создателю по молитве чистых существ, опять бы стал носить Ангельский венец?
Иные потрясения оказываются настолько мощными, что ломают нас, независимо от того, счастливые они или наоборот.
Некоторые используют слово «бог» настолько широко и щедро, что неизбежно находят бога везде, куда бы ни взглянули. Нередко слышишь фразы: «Бог – совокупность всего», «Бог – лучшая часть человеческой природы», «Бог – это Вселенная». Безусловно, слову «бог», как и всякому другому, можно придать любое желаемое значение. Если вам угодно провозгласить, что бог – это энергия, вы найдёте бога и в куске угля.
Жизнь каждого из вас — это не просто обычная человеческая жизнь, в ней заключено послание.
Если ты готов уважать только истину, то лишь немногое в этой жизни удостоится твоего уважения.
Весь смысл религии заключается в том, чтобы иметь возможность объяснить необъяснимое.
Нет более богов, стал богом человек,
Но без любви сей бог — калека из калек.
Et pourtant, plus de dieux! Plus de dieux! L'Homme est Roi,
L'Homme est Dieu! Mais l'Amour, voilà la grande Foi!
Если б мне всемогущество было дано -
Я бы небо такое низринул давно
И воздвиг бы другое, разумное небо
Чтобы только достойных любило оно.
Вот что такое свобода, — думал я. — Иметь страсть, собирать золотые монеты, а потом вдруг забыть все и выбросить свое богатство на ветер. Освободиться от одной страсти, чтобы покориться другой, более достойной. Но разве не является все это своего рода рабством? Посвятить себя идее во имя своего племени, во имя Бога? Что же, чем выше занимает положение хозяин, тем длиннее становится веревка раба? В этом случае он может резвиться и играть на более просторной арене и умереть, так и не почувствовав веревку. Может быть, это называют свободой?
Cлайд с цитатой