А что плохого в чтении детских книг? Они успокаивают.
0.00
И дорогому букварю я говорю:
— Благодарю!
Ты книга первая моя!
Теперь читать умею я!
На свете много книжек есть,
Все книжки я могу прочесть.
To The Moon
Другие цитаты по теме
Cлайд с цитатойЯ схватила книгу, побежала в сад, прочитала всю. Закрыла книжку. И на этом закончилось мое детство. Я поняла все об одиночестве человека.
— Звёзды — это миллиарды маяков, стоящих на другом конце неба... Они хотят поговорить с другими маяками. Но не могут, потому что слишком далеко друг от друга и не слышат, что говорят другие. Они могут лишь... светить своими огнями вдаль. Вот и всё, что они делают. Светят другим маякам и мне.
— Почему тебе?
— Потому что когда-нибудь я подружусь с одним из них.
В детстве я считала, что книга — это растение из чудесного края, ведь у нее есть листы и корешок. Толстый корешок и много листов — дерево. Тонкая книжка без картинок — трава, а с картинками — цветок. И перед сном я часто думала: что за волшебник выкапывает все книги и приносит нам?
— Писатель тоже имеет право на хандру, — сказал я.
— Если пишет детские книги — то не имеет! — сурово ответила Светлана. — Детские книги должны быть добрыми. А иначе — это как тракторист, который криво вспашет поле и скажет: «Да у меня хандра, мне было интереснее ездить кругами». Или врач, который пропишет больному слабительного со снотворным и объяснит: «Настроение плохое, решил развлечься».
С тех пор я постоянно пользуюсь книгами как средством, заставляющим время исчезнуть, а писательством – как способом его удержать.
Я не знаю, может ли музыка наскучить музыке, а мрамор устать от мрамора. Но литература — это искусство, которое может напророчить собственную немоту, выместить злобу на самой добродетели, возлюбить свою кончину и достойно проводить свои останки в последний путь
Запуская в воздух яркого воздушного змея, он слышал, как отец смеется, и то дуновение ветра, которое касается мокрой спины – незабываемо. Румянощекий мальчишка бежит с небольшой горки вниз, забывая в объятьях воздуха о страхе высоты. Ласковое ладони природы приподымают его над землей, и он парит в своих детских визгах.
В уме у себя я мог изобретать мужчин, поскольку сам был таким, но женщин олитературить почти невозможно, не узнав их сначала, как следует.