Любая армия начинается с солдата.
— Люди без сна, обморожены. Воюют так, как ни в одном уставе не придумаешь. Они делают больше, чем может человек. Почему вы так несправедливы, строги и беспощадны к ним? Перед живыми вы можете оправдаться, а что скажете мертвым?
— Я думаю о живых. Неужели это не ясно? Это моя обязанность, товарищ член военного совета. Я командующий армией, мне надо выждать, когда наступит предел.
Могут сутки стоять в дозоре,
Плыть на лодке в бушующем море,
В цель любую попадут
И никогда не подведут.
Мне форму новую дадут,
Научат бить из автомата,
Когда по городу пройду -
Умрут от зависти ребята.
— Медведев, ты кто?
— Солдат?
— Неправильно.
— Дух?
— Нет.
— Да не могу знать, товарищ сержант.
— Ты, Медведев, человек!
– Слушаю.
– Возможно, один из наших солдат общается с трансвеститом из клуба...
– Продолжай.
– Возможно, они занимаются оральным сексом.
– Значит, ты видел, как один из солдат занимается сексом с мужчиной?
– Я имею ввиду оральный секс, и, я не видел, я слышал.
– Значит, это слух, который не следует распространять. Свободен.
– Так точно!
– И где этот клуб?
– В Нэшвилле, называется «Вижинс».
– Свободен я сказал... Двери за собой не забудь закрыть... Гловер – проблемный ребёнок, с ним будет много хлопот. И вот таких баек мы ещё наслушаемся.
– Однако это плохо, если у нас, правда, есть гомик... Надо бы проверить этот клуб.
– По закону ты можешь быть гомосексуалистом и служить в армии, если ты не склоняешь никого к этому и не распространяешься об этом.
– Если ты не делаешь ничего гомосексуального и не распространяешься об этом, тогда, что делает тебя гомиком? Это бессмысленно... Пойми же.
– Ты не можешь прямо спросить человека, гей ли он... Смысл в этом.
В незабвенный день объявления мне конфирмации, я сказал себе, что из меня не сделают солдата. Так и не сделали. Я не только глубоко, даже и поверхностно не изучил ни одного ружейного приема. И это льстит моему самолюбию. Ребячество — и ничего больше.
А кроме того, с тех пор, как Сайрус приступил к военизации быта, его жена успешно овладела навыками, без которых солдату не уцелеть. Она старалась не попадаться на глаза, ни с кем не заговаривала первая, делала не больше того, что входило в её обязанности, и не стремилась к повышению. Она превратилась в безликого рядового, в седьмые штаны в десятом ряду. Ей так было легче. Всё дальше отодвигая себя на задний план, Алиса добилась того, что Сайрус вскоре вообще перестал её замечать.
Армия, знаете ли, это не только офицеры, хотя мы привыкли думать именно так. Армия не может быть лучше, чем её солдаты, и когда встречаются хорошие солдаты, следует их беречь. Это и есть работа настоящего офицера.
Cлайд с цитатой