У мужчины есть своя воля, у женщины есть свой способ.
Моё дело — в моих руках. И никто мне помешать не может, и застращать меня ничем нельзя.
У мужчины есть своя воля, у женщины есть свой способ.
Моё дело — в моих руках. И никто мне помешать не может, и застращать меня ничем нельзя.
В конце концов, что такое чужая воля, если вдуматься? Это осознанное проявление необходимости. Тобой же осознанное, тобой персонально. А другие с этим давно разобрались...
– Уинстон, как человек утверждает свою власть над другими?
Уинстон подумал.
– Заставляя его страдать, – сказал он.
– Совершенно верно. Заставляя его страдать. Послушания недостаточно. Если человек не страдает, как вы можете быть уверены, что он исполняет вашу волю, а не свою собственную? Власть состоит в том, чтобы причинять боль и унижать. В том, чтобы разорвать сознание людей на куски и составить снова в таком виде, в каком вам угодно.
Он стоял на песке и думал: что если там, на Земле, есть чайка, которая пытается вырваться из оков своего естества, пытается понять, что могут дать крылья, кроме возможности долететь до рыболовного судна и схватить корку хлеба...