Иногда я чувствую себя как лодка. Я плыву по извилистой реке жизни навстречу неизбежному черному океану, уплывая всё дальше от того, где я хочу быть и кем я хочу быть.
Зверь. Зверь наверняка поет. Темный сверчок, поющий реквием нашей неминуемой гибели.
— Эх, нет, пусть я и потерян, моё сердце по-прежнему находится дома, разбитое на кусочки и раскиданное по кладбищу моей потерянной любви и словно... Ты слышал?
— Да.
— Может это безумный маньяк с топором, который ходит по лесу в поисках жертв.
[Грэг идет на звуки]
— Грэг, будь как твой брат. Всегда делай то, что велено. Будь жалким слабаком, желающим, чтобы другие принимали решение за него.
— Эй! Что? Я не слабак.
— Погоди, Вирт, я сейчас объясню!
— Ну, давай.
— Видишь, Грэг?! Вообще ни капли силы воли.
— Хмм!
— Вот таким тебе надо быть!
— Но… звучит это как-то не очень весело.
— Мир — очень печальное место, Грэг. В жизни мало чего веселого!
— Ладно, Вирт, признаю, выглядишь ты как слабак, но это не так!
— Оу?!
— Глубоко внутри ты упрямый козёл! Когда ты уже сдашься?
— Наверное, никогда! Никогда не сдамся!
Нам не привили эту культуру. Я всю жизнь исходила из того, что романтика либо умерла, либо она фальшива.
Сколько раз за прожитые годы я находил причины и отговорки, чтобы не общаться с окружающими. Собственно, если у меня не было весомой причины для разговора, я и не разговаривал. Просто не мог заговорить так свободно, как хотелось бы. Иначе говоря, одиночки – это люди с обострённым чувством цели.
Cлайд с цитатой