Анн Филипп. Одно мгновенье

Другие цитаты по теме

... ловушки зеркал я сумела избежать, но взгляды — кто может устоять перед этой головокружительной бездной? Я одеваюсь в черное, говорю мало, не пишу, все это создает мой облик, который видят другие. Легко сказать: я — никто, я — это я. И все-таки кто я? Где меня встретить? Следовало бы очутиться по другую сторону всех дверей, но, если постучу именно я, мне не ответят. Внезапно я почувствовала, что лицо мое горит, мне хотелось содрать его, словно маску.

— Тебе самой приятно «мочалкой» называться?

— Путаной, конечно, красиве́е. Нет, до «путаны» еще дорасти надо.

— Ты говоришь так, чтобы меня успокоить, или ты действительно так думаешь?

— Я думаю, что ты слишком много думаешь!

13 лет. Я всегда старательно подвожу глаза. Густо и внушительно. Крашу ногти темно-синим или черным лаком. Мне хочется туда, где жизнь. Самое страшное — не состояться. Прожить свою жизнь кое-как.

Жажда усталых коней

Да утолится зерном.

Жажда сожжённых полей

Да утолится посевом.

Да осенит тишина

Сердца, разоренные страхом и гневом,

Как осеняют березы

Отеческий дом.

Слёзы горячие наши

Лягут росой на луга.

Лягут росой на луга,

Высо́ко поднимутся травы.

И зарастут пепелища,

И затянутся раны,

И простит нам обиду

Душа в небесах.

А кому судьба белый свет пройти,

И любовь найти, и беды не знать.

А кому судьба, как пожар в степи,

Не спастись, не уйти, не унять.

Мне впервые в этот вечер

От волненья не уснуть.

Ведь впервые в этот вечер

Меня заметит кто-нибудь.

Это глупо, но я мечтаю

Любовь свою найти.

Я точно знаю в этот вечер

Должно мне повезти!

В отношениях с женщинами тебе надо научиться ставить себя на их место.

Депрессивные люди думают о том, каково это — быть некрасивым, толстым, неудачливым, больным, брошенным. Это как осколки разбитой бутылки. Они вертят в руках то один, то другой, то сразу несколько и не замечают, как режутся. И даже не откладывают рассмотренные отдельно от остальных, а постоянно к ним возвращаются. Один осколок — война, другой — боль от измены, третий — несчастный случай. Закономерно, что к ним приходит один вывод — все бесполезно, ты не можешь изменить мир, он все так же будет несправедлив, так какой смысл в том, чтобы вставать из постели, принимать душ, завтракать...

Что я попробовала сделать сначала, так это запретить себе думать. Не помогло. Против своей сути не попрешь. Разрушать собственную личность «во спасение»? В итоге я все так же вертела осколки в руках, но только в специальных перчатках, которые не давали порезаться.

— Я хочу извиниться за то, что другие вампиры сделали со Стефаном, за похищение, за пытки... Этого не должно было случиться.

— Вы там играли в Дом-2 с половиной вампиров из гробницы, причем реально взбешенных. И что, вы думали, должно было произойти?

— Вы, мужчины, живёте так, как вы хотите. Вы делаете всё так, как вы хотите, не опасаясь никаких последствий, а потом, если приспичит, сваливаете всё на какие-то душевные порывы, на дух первооткрывателей. Свободы им, видите ли, не хватает. Да это нам свободы не хватает, потому что это мы сидим и ждём вас, как дуры, постоянно.

— Слушайте, ну вы сами заставляете нас такими быть!

— Так это мы виноваты? Ну извините нас, пожалуйста, за то, что мы такие дуры, такие злобные, делаем из вас, из мужчин, лицемеров, врунов.

— Всё правильно, вы так и делаете! Вы берёте наши слова и переворачиваете с ног на голову.

— Всё! Я не хочу больше с вами разговаривать! Вы непробиваемый болван!

— Вот и все аргументы! Всё, ушла...