— Вы перестали этим заниматься?
— Да, на поэзии денег не заработаешь.
— Вы выбрали деньги?
— Вы перестали этим заниматься?
— Да, на поэзии денег не заработаешь.
— Вы выбрали деньги?
Дом, не оплаченный хотя бы частично, всего лишь помещение, арендованное на заемные средства.
Деньги делают людей богатыми; заблуждается тот, кто думает, будто деньги делают людей лучше — или хуже, если на то пошло. Важно, что люди совершают и что после себя оставляют.
Никто не проявляет интерес, если не хочет купить. Они [клиенты] сидят и ждут, кому бы отдать свои деньги.
— Если опять для выжимания виноградного сока на вино нам придется нанимать двадцать человек — на их жалование, оплату страховки и всего другого уйдет чертова уйма денег!
— Ваших?
— Нет, ваших.
— Моих?
— Вы же их будете нанимать.
— Не уверен.
— Я пекусь о ваших деньгах, потому что я ваш бухгалтер. Именно поэтому я предлагаю статью экономии. У нас есть филиал фирмы «Дизель». Их соковыжималки работают за троих и причем в три раза быстрее!
— А на что жить тем, которых мы не наймем?
— Ну... прогресс требует жертв.
— Уверяете меня, что эта машина будет работать за троих и причем в трое быстрее, чем рабочие?
— Ставлю сто против одного.
— Так вы печетесь о моих деньгах?
— Нет, о вашей выгоде.
— С чего бы это?
— Не знаю... таков уж я есть.
Деньги, брат, они до добра не доводят. Ты, сынок, за ними не очень-то гонись. Они как красивая беспутная баба. Повиляет перед тобой хвостом, ты — за ней, и прямо в пропасть. Так-то!...
— Да, но две тысячи долларов!
— Это всего лишь деньги.
— Да, но это всего лишь мои деньги, а не всего лишь твои деньги.
И американцы, и русские теперь поклоняются общему идолу. Их идолом стали деньги, а еще жажда владычества, попрание человеческих свобод и гипнотическая зачарованность «зрелищем». И повелевает их идолом рынок с его людьми-рабами.