Мы обречены скитаться в одиночестве, оберегая свет лишь своих собственных сердец.
— Я как космонавт, смотрю на все оттуда.
— Даа, а какая на верху погода?
— Кислорода не хватает.
— Ну да, есть такое.
Мы обречены скитаться в одиночестве, оберегая свет лишь своих собственных сердец.
— Я как космонавт, смотрю на все оттуда.
— Даа, а какая на верху погода?
— Кислорода не хватает.
— Ну да, есть такое.
Заткнись! Они мои! Одиночество, боль, неуверенность, сожаление — они мои и только мои! И я не собираюсь делиться ими с тобой!
Да, я свершившийся факт,
И не надо меня констатировать.
Я научилась с листа
Молиться и медитировать.
Я научилась с листа
Плакать, смеяться и пить до дна,
Только опять пуста.
Выжила, только опять одна.
На самом деле в той истории все было иначе. Это она была чудовищем, очень красивым снаружи, конечно, но внутри – чудовищем. А он был маленьким мальчишкой с огромными карими глазами, верящими в сказку. И, как ему и было суждено, по своей глупости он беспамятно влюбился в чудовище. А она вырвала его сердце, приготовила со специями (чудовища не только красивые, но и очень вкусно готовят) и с удовольствием съела. Чудовища – они такие – питаются чужими сердцами (это самое главное, что вам следует знать о чудовищах). Тогда маленький мальчик очень расстроился, он почти плакал... И все время спрашивал: «Зачем ты так со мной поступила? Как же я теперь буду жить без сердца?».. В ответ чудовище рассмеялось: «Не переживай. Научишься. Я же научилась».
Может, это идиотизм — думать о таких вещах, типа серийных убийцах и одиночестве и обо всем прочем, не знаю. Может, лучше об этом не знать. Может, лучше просто продолжать верить, что все в порядке, даже когда каждую минуту может случиться что-то по-настоящему страшное.
Она жила без мужчин. То есть рядом с ней не было таких мужчин, чей ум мог бы вызвать в ней проблеск желания, чтобы они коснулись её.
Одна женщина совсем одна.
Так получилось.
Другой город, другая работы, другие люди.
Вечером она возвращается в съёмную квартиру.
В окне чужой тёмный двор.
И квартира чужая, и окно чужое.
И жизнь как будто не своя.
Женщина садится к компьютеру и пишет письмо.
Не думала, что будет так пусто, пишет она.
И отправляет письмо по несуществующим адресам.
Набор букв собака мейл ру.
Набор букв собака тут бай.
Набор букв собака яху ком.
Почти всегда письма возвращаются, нет адресата.
Пару раз ей вежливо сообщают про неверный адрес.
Ещё вырисовался некий идиот, жаждущий развеять её тоску на её же территории, поскольку сам не располагает местом для нечастых интимных встреч.
Перед майскими праздниками приходит письмо от Павла.
В письме ничего особенного, она пару дней раздумывает, но потом всё же пишет этому Павлу.
После нескольких месяцев переписки решают встретиться.
Никаких солнечных ударов, взрослые люди, поздно голову терять.
Третий год живут вместе, всё нормально, не хуже других.
Тот-Кто-Наверху жесток – нужный адрес отличался от адреса Павла одной-единственной буквой.
Тот-Кто-Наверху милосерден – она никогда об этом не узнает.