Ее ***ут все, и ничто не ***ет,
За дозу у любого в рот возьмет.
Ее ***ут все, и ничто не ***ет,
За дозу у любого в рот возьмет.
Говорят, на небо забирают достойных.
Один мой кореш, ныне покойный,
Скрючив обрубки, сдох от передозы.
Так и закопали не меняя позы.
Пока нормально, потом начнет ломать,
Клевые приходы уже бессмысленно ждать.
Желудок и легкие поменяются местами,
Вены обросли орущими сосками.
Дым сигарет, *** знает чем.
Что я здесь делаю? и зачем?
Я вообще не понимаю, я ли это?
И какое время года — зима, лето?
Мое сраное тело объявило мне войну.
Ультиматум чувак, вмажем по кубу.
Отличие любителей секса от наркоманов только в том, что у первых наркотик вырабатывается самим организмом.
Отличие любителей секса от наркоманов только в том, что у первых наркотик вырабатывается самим организмом.
У него в руках шприц, но он не врач,
И он видит распятым себя на двери,
Он обречен как военный трубач,
Он просто любитель жидкости номер три.
Конному всаднику. С лошадью следует обращаться как с женой: надо делать вид, что ты ей доверяешь.
— ... Знакомится в баре с жертвой или в ресторане, напаивает её до бессознательного состояния, а утром жертва себя обнаруживает совсем в другом конце города, на остановке или просто на земле... И без всего!
— Голыми, что ли?
— Умерь свою фантазию, Краснов, до необходимого предела!
И оказалось, что она беременна с месяц,
А рок-н-ролльная жизнь исключает оседлость,
К тому же пригласили в Копенгаген на гастроли его.
И все кругом говорили: «Добился-таки своего!»
Естественно, он не вернулся назад:
Ну, конечно, там — рай, ну, конечно, здесь — ад.
А она? Что она — родила и с ребёнком живёт.
Говорят, музыканты – самый циничный народ.
Вы спросите: что дальше? Ну откуда мне знать...
Я всё это придумал сам, когда мне не хотелось спать.
Грустное буги, извечный ля-минор.
Ну, конечно, там — рай, а здесь — ад. Вот и весь разговор.