Ты ключ в машине повернёшь,
Нажмёшь на газ, рванёшь как ветер.
Как бритвой взглядом полоснёшь,
И на вопрос мой не ответишь.
К душе твоей так сложен путь,
А может всё от неуменья.
Чтоб быть с тобой, мне нужен пульт
С дистанционным управленьем.
Ты ключ в машине повернёшь,
Нажмёшь на газ, рванёшь как ветер.
Как бритвой взглядом полоснёшь,
И на вопрос мой не ответишь.
К душе твоей так сложен путь,
А может всё от неуменья.
Чтоб быть с тобой, мне нужен пульт
С дистанционным управленьем.
Давай позабудем, что поздняя осень
В деревьях оставила бронзовый след.
Давай все дела и заботы забросим,
В театр пойдём и посмотрим балет.
Под музыку грянут на сумрачной сцене
Любовь и надежда, разлука и боль.
И, кажется, мы в волшебстве превращений
Играем какую-то важную роль.
Помню, ветер гнул сирень в аллее,
Произнёс ты горькие слова.
Я ещё сказала – пожалеешь,
Вот и оказалась я права.
Помню, как проплакала я ночью,
Представляя, как ты там с другой.
Ты теперь вернуть былое хочешь,
Это невозможно, дорогой.
Что-то изменилось в отношеньях,
Всё не так, как было до сих пор.
Ты уже готов принять решенье
И готовишь важный разговор.
Говоришь, что стал мой взгляд рассеян,
Что звонит нам кто-то и молчит
И что в странных приступах веселья
У меня счастливый вид.
Но не было измен,
Всё это пустяки,
Не стоит принимать решений резких.
Не ветер перемен,
А просто сквозняки
Колышут в нашем доме занавески.
Привыкай, привыкай к моим новым привычкам,
Привыкай, привыкай, ты же знаешь меня.
Разгорелась любовь, будто вспыхнула спичка,
Но подул ветерок, вот и нету огня.
В эти дни темнеет рано,
Снег блестит от фонарей.
Ты сказал мне как-то странно:
– Хоть бы лето, что ль, скорей.
Посмотрел в глаза с укором,
Не люблю, мол, холода…
У Серебряного Бора
Ты растаял без следа.
— Нэнси была к нему ближе всего. Она классический пример властной партнёрши.
— Что?
— Ты знаешь этот тип. Они всегда ищут слабых, чтобы потом иметь власть в отношениях.
Многие люди склонны преувеличивать отношение к себе других — почему-то им кажется, что они у каждого вызывают сложную гамму симпатий и антипатий.
Те, кто прошел через страдания, становятся самыми сострадательными. Они знают, что такое боль, и понимают других.
— Ну и зачем всё это было нужно? — поинтересовался наблюдавший за операцией через стекло демиург Мазукта.
— Ты имеешь в виду, зачем нужны были боль, кровь и страдания?
— Именно. Насколько я понимаю, тебе не составило бы труда провернуть все быстро и безболезненно. Так зачем же..?
— Понимаешь… — задумчиво протянул Шамбамбукли, ополаскивая руки после операции, — оно ведь как все должно было быть? Вот захотел человеку бабу. Попросил творца её сделать. Творец вколол ему снотворное, уложил баиньки, трах-тибидох! — а когда человек проснулся, ему подводят уже готовую женщину и говорят «на, мол, пользуйся». И как после этого он станет к ней относиться?
Мазукта почесал за ухом и протянул: «поня-а-атно…»
— Ну вот. А так… может, он хоть немного будет её ценить? — с надеждой произнёс Шамбамбукли.
Когда мужчина и женщина знакомятся, у мужчины складывается образ женщины с его точки зрения, а у женщины — образ этого мужчины с её точки зрения. Затем оба пытаются «подогнать» друг друга под сложившиеся у них образы. Теперь в отношениях задействовано шесть масок! Разумеется, каждый обманывает другого, даже если сами они того не сознают. Их отношения основаны на страхе и на лжи. В них нет ничего истинного — один не в силах ясно разглядеть другого через многослойную туманную пелену.