— Are you gangsters?
— No, we are Russians!
— А как переводится «How are you»?
— «Как дела или как поживаешь».
— И что, всем интересно, как у меня дела?
— Не-а, неинтересно.
— А чего тогда спрашивают?
— Просто так. Здесь вообще всё просто так, кроме денег.
— Че ему надо? Раков захотел? Че тебе надо?
— Грязь говорит, грязная пища, раки со дна едят, их есть нельзя.
— Грязь. Чего? Да ты на себя посмотри, черный как сволочь. Ты «Мойдодыр» читал? А ну пошел отсюда!
— Вить, кончай, ладно. Негр, go go.
— Nigger? Whom you called nigger?
— Зря ты его негром назвал.
— А он кто?
— Афроамериканец.
— А какая разница?
— Ниггер – это для них ругательство обидное.
— Да меня в школе так учили: в Китае живут китайцы, в Германии немцы, в этом Израиле евреи, в Африке негры!
— Вот суки, раков не дали поесть.
— Мальчик! Водочки нам принеси.
— Извините, но мы не разносим напитки во время взлета и набора высоты.
— Мальчик, ты не понял! Водочки нам принеси! Мы домой летим!
— Понял, сейчас сделаем.
У англичан и у русских куда больше, чем в иных нациях, развито спокойное и твердое убеждение, что они — самые лучшие.
Это была прямо русская душа, правдивая, честная, простая, но, к сожалению, немного вялая, без цепкости и внутреннего жара. Молодость не кипела в нем ключом; она светилась тихим светом.
Мы люди крайностей. Даже в космосе мы можем быть первыми на земле. У нас слабость может быть силой. У нас даже в жару бывает мороз по коже. Мы проигрываем так же красиво, как и выигрываем. Мы любим таким, какой есть. Мы скучаем так, что с нами уже не расстаться. У нас не получится обыкновенно: это будет Великая Олимпиада. Олимпиада для всей страны. Олимпиада каждого. Поехали.
Только славяне протягивают всю пачку сигарет, как вы сделали минуту назад. Американцы вытаскивают одну сигарету и подают ее, держа пальцами за фильтр. Голландцы обычно врут, что у них осталась последняя, а англичане прикидываются, что не расслышали вопрос. Французы вежливо признаются — и это почти всегда соответствует действительности, — что у них уже нет сигарет, но они бы тоже охотно покурили. Итальянцы и испанцы вытаскивают сигарету изо рта и разрешают затянуться. И только русские подают всю пачку, как и другие славяне. А если у них нет сигарет, обязательно пойдут просить для вас, но только у своих...
Я же — человек русский, полумер не знаю. Если что делаю, так то и люблю и увлекаюсь им ото всей души, и уж если что не по-моему, лучше сдохну, сморю себя в одиночке, а разводить розовой водицей не стану.
Cлайд с цитатой