Когда-нибудь я в дороге устану,
И ослабев в этой гонке отстану,
Быть может, песни как дети
Моим продолжением станут.
Тогда я встану и окна открою,
Туда, где песни кружат над толпою,
И снова птица удачи
Взлетит над моей головою.
Когда-нибудь я в дороге устану,
И ослабев в этой гонке отстану,
Быть может, песни как дети
Моим продолжением станут.
Тогда я встану и окна открою,
Туда, где песни кружат над толпою,
И снова птица удачи
Взлетит над моей головою.
Дороги, дороги, дороги, дороги,
То радость в пути, то печаль.
Шальные залётные годы в дороге
Зовут и зовут меня вдаль.
Люди так озабочены тем, что их дети играют с пистолетами, смотрят жестокие фильмы, боятся, что жажда насилия овладеет и ими. Никто из них не обеспокоен тем, что дети слышат тысячи песен: о разбитых сердцах, отвергнутой любви, боли, страданиях и потерях.
Я один из многих на большой дороге,
Я не самый первый будоражу нервы
Трепетом струны.
Я живу как в песне, мне так интересней.
И мое сознание как на грани
Мира и войны.
На данном этапе моей карьеры не бывает такого, чтобы после кастинга мне позвонили и сказали: «Вы нам не подходите». Поэтому я пользуюсь другими случаями, чтобы почувствовать себя отвергнутым. Это чувство могут вселить в меня мои дети. Дети умеют в два счёта сбить с тебя спесь.
Возможно, иногда мы и способны рассуждать как взрослые, но, как правило, выдумываем и представляем все себе как дети.
Сейчас я люблю только своего сына. И я сделаю всё возможное, чтобы он жил в лучшем мире, даже если придется уничтожить старый.
Между родителями и детьми существует древний уговор — дети не должны огорчать родителей, а родители не должны мешать детям. Одно дело, если вы живёте вместе и надумали пригласить меня в гости на встречу праздника, и другое — вот так.