Змеи, как люди, чем больше яда, тем агрессивнее.
Умение прощать, не предав себя,
Оставить злобу за собой – есть счастье для меня!
Змеи, как люди, чем больше яда, тем агрессивнее.
Жаль вещей, которые хочется, но невозможно исправить. Но ещё больше жалости заслуживают те вещи, которые можно легко исправить, но не хочется.
То, что вы вложили в человека всю свою душу, ещё не даёт вам права вынимать из него его собственную.
— Ты вот спрашивал. Почему я? Почему я шлюха. Как стала.
— Я не спрашиваю.
— А ты спроси. Мне не стыдно. Думаешь, ты один такой? Тут знаешь сколько таких? Одичавших. Одиноких. Которым некому пожаловаться. Их тянет всех ко мне. Ко мне, магнитом. Понимаешь? В меня. И если их не принять... Не дать им... Выплеснуть это все... Грязь, ужас свой... Злобу. Нежность. Они тогда совсем озвереют. Вы, мужчины, так сделаны. Они приходят ко мне такие — их трясет прямо от жизни. А я их успокаиваю. Мир им даю. Понимаешь? Мир. Утешаю их. Они потыкаются — потыкаются... Покричат... Позлобствуют... Поплачут... Утихнут. Ширинку застегнут. И могут еще немного пойти пожить без войны.
Жаль вещей, которые хочется, но невозможно исправить. Но ещё больше жалости заслуживают те вещи, которые можно легко исправить, но не хочется.