Гордыня!.. Когда очень долго везёт, забываешь, что на каждого профессионала найдётся другой профессионал.
Завтра не наступит, если сегодня не переживёшь.
Гордыня!.. Когда очень долго везёт, забываешь, что на каждого профессионала найдётся другой профессионал.
ОН: Патер, знаете, почему на принца на белом коне надрачивают – не из-за бархата и не из-за коня, а потому что никто не способен так увлекательно, полно, божественно заниматься самыми наибожественными вещами – войной и любовью. Никто больше не способен так ярко раскрашивать жизнь окружающих. А конь там или Бугатти – это знаете ли, детали.
Ходит миф, что я сука конченая. На самом деле это неправда. Его придумали недовольные люди, которые чаще всего являются дилетантами, а я зверею от непрофессионализма. А когда призываю их соответствовать своей должности или просто быть ответственными, потому что я имею своё мнение и мужество говорить им правду, то это вызывает с их стороны сильный резонанс.
— «Неупокоеные души предаём мы заключению в могилы проклятые». На кой хрен, всё здесь блин, стихотворное.
— Стэн! Помоги, она сожжёт меня заживо.
— Двадцать восемь лет. Я проработал шерифом двадцать восемь лет, и меня ни разу не привязывали к столбу. А ты здесь ровно неделю...
— Стэн! Берегись, сзади!
— Гос-с-спади, баба! Тебе говорили, что ты похожа на пожёванную сраку? Ай! Я ненавижу эту работу.
И сейчас Рокки понял — Няша была права на сто, даже нет — на двести, на всю тысячу процентов. Он возомнил себя великим стратегом и за это будет наказан — жестоко и без промедления.
— Что произошло с этой страной?
— Многие считают, что от неё отвернулся Бог... но мне кажется, это мы с вами от неё отвернулись. Вы знаете, иногда больной человек так раздражает своими соплями и кашлем, что хочется убежать, вернуться, и чтобы кто-нибудь без тебя его вылечил. Но у него никого кроме тебя нет.
Пусть рек твоих глубоки волны,
Как волны синие морей,
И недра гор алмазов полны,
И хлебом пышен тук степей,
Пусть пред твоим державным блеском
Народы робко клонят взор,
И семь морей немолчным плеском
Тебе поют хвалебный хор;
Пусть далеко грозой кровавой
Твои перуны пронеслись -
Всей этой силой, этой славой,
Всем этим прахом не гордись!
Грозней тебя был Рим великой,
Царь семихолмного хребта,
Железных сил и воли дикой
Осуществленная мечта;
И нестерпим был огнь булата
В руках алтайских дикарей;
И вся зарылась в груды злата
Царица западных морей.
И что же Рим? и где монголы?
И, скрыв в груди предсмертный стон,
Кует бессильные крамолы,
Дрожа над бездной, Альбион!
Бесплоден всякой дух гордыни,
Неверно злато, сталь хрупка,
Но крепок ясный мир святыни,
Сильна молящихся рука!