Наивный дурачок. Запомни, на войне не бывает правил.
Один интеллект на войне бесполезен, мистер Спок. Вы не способны поломать правила, как Вы можете сломать кому-то шею?
Наивный дурачок. Запомни, на войне не бывает правил.
Один интеллект на войне бесполезен, мистер Спок. Вы не способны поломать правила, как Вы можете сломать кому-то шею?
Жизнь потекла по двум руслам: первому, где в соответствии с новыми законами люди должны были работать с утра и до вечера, при этом питаясь почти впроголодь, и второму — противозаконному, дающему сказочные возможности обогащения, с отлично развитой системой торговли долларами, бриллиантами, мукой, кожами или фальшивыми документами, правда, под дамокловым мечом смертной казни, зато с развлечениями в роскошных ресторанах, куда ездили на рикшах.
До войны жизнь казалась мне не более реальной, чем игра теней на занавеси. И меня это вполне устраивало. Я не люблю слишком резких очертаний. Я люблю размытость, слегка затуманенные контуры.
— Дядя Игорь, а когда война закончится?
— Когда всех немцев перебьем, Вань.
— Но ведь война никак не связана с количеством живых и мертвых немцев.
— Да? А с чем же тогда связана?
— Со злобой и ненавистью. С враньем и пропагандой. С обидой и местью. С чем угодно, только не с национальностью.
— Кэролайн, как звучит первое правило нашего кафе?
— Не говорить, что мясо ненастоящее?
— Тише! Если ты его видишь, оно настоящее.
— Не говорить, что креветки из багажника твоего дружка?
— Он стелет одеяло там!
Жестокий век. Мир завоевывается пушками и бомбардировщиками, человечность — концлагерями и погромами. Мы живем в такие времена, когда все перевернулось, Керн. Агрессоры считаются сейчас защитниками мира, а те, кого травят и гонят,-врагами мира. И есть целые народы, которые верят этому!
В действительности зависть – основная страсть, которая движет историей человечества. Скрытая причина войн, революций и общественных потрясений всегда состоит в желании экспроприировать то, что вызывает зависть.
Целью любой войны является мир. И знаешь, я так люблю мир, что готов воевать за него бесконечно.