Спартак: Боги арены (Spartacus: Gods of the Arena)

Другие цитаты по теме

Никто не знает, чем обернется твой выбор и сколькими жертвами, пока его не сделаешь. И ты должен его сделать. Пускай ценой жизни тысяч наших или жизнями всех, кто таится за стенами. Командующий сделал свой выбор. Он пожертвовал тысячью, чтобы спасти миллионы.

— Справедливость? Все просто обожают это слово. Отличное слово, но... Это когда не применяя своей силы ты стараешься убить других чужими руками. Твоя справедливость очень не хорошо пахнет. Это запах крови! Тебе не кажется? Ну не делай такое лицо, я не сержусь.

— Сестрица!

— Вот уж не думала, что услышу это от тебя. Это очень забавно.

— Сестра, если ты закончила, отпусти его. У меня пальцы устали.

— Жизни очень дёшево стоят. Как конфетный фантик. И твоя, и его.

— Я не хочу разговаривать, просто отпусти его!

— Для тебя у меня тоже есть пара слов, Двурукая. Я не знаю, что ты там думаешь, но не пытайся жить как он.

— Замолчи. Я поняла, я поняла, сестра, пожалуйста, не надо больше. У меня очень устали руки.

... Короткие дороги тем и отличаются от длинных, что на них взимают плату за проезд. И на тёмных дорогах очень любят объявлять цену в конце пути.

Иногда цена, которую мы платим за неверный выбор, не соразмерна поступку.

Наша жизнь — это выбор. Это скопление множества выборов, которые мы делаем на протяжении всего существования. Не всегда верных, поэтому зачастую жизнь не приносит счастья.

Каждый в мире мужчина знает истинную цену своему «достоинству».

— Кровь... Ты отравила меня!

— Нет. Дело не в крови. Это все ты и твои поступки. Я лишь давала тебе варианты, и ты выбирал верный путь каждый раз. Тебе не нужно пёрышко, чтобы летать, Дамбо, ты можешь полететь и сам.

Каждый имеет право выбора, каждый делает свой выбор, у каждого, в конце концов, своя жизнь!

Противление, оказанное вами, вовсе не было противлением ненависти. Я не знаю никого из вас, кто презирал бы смертных, вожделел Сильмариллов или особенно любил сыновей Феанора. В другой раз, начни Келегорм такие речи, его бы прогнали в шею. А тогда выслушали более чем благосклонно — почему? Вы испугались, нолдор. Не войны, не осады. Вы испугались выбора.