Наверное, в спящем лице есть что-то более личное, более тайное, нежели в обнажённом теле.
Сны, возникающие во время быстрого сна, особенно ранним утром, — это то, чем развлекает себя мозг, пока тело продолжает отдыхать.
Наверное, в спящем лице есть что-то более личное, более тайное, нежели в обнажённом теле.
Сны, возникающие во время быстрого сна, особенно ранним утром, — это то, чем развлекает себя мозг, пока тело продолжает отдыхать.
Никто не смотрит на спящих людей, но только у них бывают настоящие любимые лица; наяву же лицо у человека искажается памятью, чувством и нуждой.
— Господи, вот что с лицом, что с лицом?
— Тончик бы набросала и все!
— При чем тут тончик? Высыпаться надо! А ты знаешь, во сколько я ложусь? А ты вон у Славки спроси!
— Что?
— Молодец!
О нет, это был не сон, но хождение по грани реального, одно из тех редких переживаний, о которых он будет помнить всю оставшуюся жизнь и в которых весть мир ужимался до него одного и застывал на пару минут для того, чтобы он почувствовал себя снова живым.
Лицо у нее было как потускневшая лампочка – человек всю жизнь провел в услужении, сразу видно.
Я люблю спать. Моя жизнь имеет тенденцию распадаться на части, когда я просыпаюсь, знаете ли.
Сны сумасшедшие,
Сны ненормальные…
В мозг мой пришедшие,
Горизонтально –
Вертикальные…
Вот на коне я и в пламени битв, -
Я буду калечен, а, может, убит,
Орды врагов, тусклый отблеск меча –
И шкура гепарда на мощных плечах!