Сон снимает покров с действительности, с которой не может сравниться никакое видение. В этом ужас жизни — и могущество искусства.
Беда не в том, что нам снится слишком необычайный сон: а в том, что мы его не можем сделать достаточно невероятным.
Сон снимает покров с действительности, с которой не может сравниться никакое видение. В этом ужас жизни — и могущество искусства.
Беда не в том, что нам снится слишком необычайный сон: а в том, что мы его не можем сделать достаточно невероятным.
— И сколько ты ещё собираешься дрыхнуть, Харухиро? Уже давно утро. Утро! Кукареку! Хмм. А чего глаза такие сонные?
— Я родился с такими глазами. Я же тебе уже говорил, это не значит, что я сонный.
Помимо прозы и поэзии
уж можно отнести
к роду особому искусства
уменье вкладывать в молчание
направленную мысль
и гармонические чувства.
Обрывки серьезных взрослых слов
уже не мешают мне видеть сны,
Я засыпать привык давно
под ругань из-за стены...
Я никогда не думал, честно говоря, что филология и история искусств могут прокормить человека.