Призвание художника — озарять светом глубины человеческой души.
Кто к жизни относится как художник, тому мозгом служит душа.
Призвание художника — озарять светом глубины человеческой души.
... фотографические снимки чрезвычайно редко выходят похожими, и это понятно: сам оригинал, то есть каждый из нас, чрезвычайно редко бывает похож на себя. В редкие только мгновения человеческое лицо выражает главную черту свою, свою самую характерную мысль. Художник изучает лицо и угадывает эту главную мысль лица, хотя бы в тот момент, в который он списывает, и не было её вовсе в лице. Фотография же застаёт человека как есть, и весьма возможно, что Наполеон, в иную минуту, вышел бы глупым, а Бисмарк — нежным...
— Будь паинькой, скажи, есть ли здесь поблизости красивые девушки?
— Неужели ты испытывал недостаток в них за границей?
— Разумеется, нет. Но я привык, чтобы у меня повсюду... Не забывай, что я художник. Моя душа должна постоянно... должна постоянно... постоянно восторгаться.
Не говори, когда поёт молчанье,
Пусть голос оживляет миражи,
Не отдавай словам на растерзанье,
Божественную музыку души.
Женщине нужен срок – девять месяцев, чтобы родилась новая жизнь. И человеческой душе нужен определенный срок, определенные болезни и испытания для того, чтобы родилось понимание воли Божией, осознание ее.
Тяжело на душе, тупая боль внутри,
В этой новой жизни стало всё так сложно.
Изменить что-то можно, да разве это нужно.
Когда человек начинает людей убивать, ему почти всегда приходится убивать их все больше и больше. А когда он убивает, он уже и сам покойник.
Как правы рабочие в своем «материализме»! Как они правы, считая, что сначала надо наесться, а потом хлопотать о душе, подразумевая просто порядок действий, а не ценностей!
В том месте, где душа должна быть, там прореха,
Гуляет ветер в ней, заносит чёрт те что...
Жить без души, наверное, лишь тем потеха,
Кто от рождения, как барабан пустой...