Анна Андреевна Ахматова

Другие цитаты по теме

Задыхаясь, я крикнула: «Шутка

Все, что было. Уйдешь, я умру».

Улыбнулся спокойно и жутко

И сказал мне: «Не стой на ветру».

Сжала руки под темной вуалью...

«Отчего ты сегодня бледна?»

— Оттого, что я терпкой печалью

Напоила его допьяна.

Как забуду? Он вышел, шатаясь,

Искривился мучительно рот...

Я сбежала, перил не касаясь,

Я бежала за ним до ворот.

Скажите ей, что я ушёл,

И что не смог её дождаться.

Лишь октября зажёг костёр,

Чтобы хоть как-то попрощаться.

Незаконченный мой роман

Позолочен и вставлен в рамку.

И разложен по полкам хлам:

Мысли, письма, твои останки.

Но сколько можно вздрагивать видя

Твоё лицо на свежих снимках?

И быть уверенным, что не выйдет

Учиться на своих ошибках.

I wish you felt the way that I still do.

...

But you don't,

You don't feel anymore,

You don't care anymore.

It's all gone.

Пополам пощады, пополам!

Каждому из нас — своё спасенье,

Каждому — хоть капельку прощенья.

Оба виноваты. Пополам!

Я сидел неподвижно, пытаясь овладеть положением. «Я никогда больше не увижу её», — сказал я, проникаясь, под впечатлением тревоги и растерянности, особым вниманием к слову «никогда». Оно выражало запрет, тайну, насилие и тысячу причин своего появления. Весь «я» был собран в этом одном слове. Я сам, своей жизнью вызвал его, тщательно обеспечив ему живучесть, силу и неотразимость, а Визи оставалось только произнести его письменно, чтобы, вспыхнув чёрным огнём, стало оно моим законом, и законом неумолимым. Я представил себя прожившим миллионы столетий, механически обыскивающим земной шар в поисках Визи, уже зная на нём каждый вершок воды и материка, — механически, как рука шарит в пустом кармане потерянную монету, вспоминая скорее её прикосновение, чем надеясь произвести чудо, и видел, что «никогда» смеётся даже над бесконечностью.

Я вдруг совсем охладела к дурным речам.

Что ты запомнишь? Обиду? Гордыню? Страх?

Лица врагов? Свой портрет в дорогой квартире?

Я буду пить шампанское в облаках

И вспоминать, что мы с тобой просто были!

А потом он ушёл. Бросил. Словно прочёл книгу и вернул в библиотеку...