Обид былого запру отсеки,
Чтоб разорвать запрет оков навеки.
Рискнув покоем, желая распознать себя,
Опять соберу рюкзак.
И пусть пока что брожу я бесцельно,
Для меня теперь сомнение не беспредельно,
А боль и грезы — роскошь это даже для меня.
Обид былого запру отсеки,
Чтоб разорвать запрет оков навеки.
Рискнув покоем, желая распознать себя,
Опять соберу рюкзак.
И пусть пока что брожу я бесцельно,
Для меня теперь сомнение не беспредельно,
А боль и грезы — роскошь это даже для меня.
Полон мир глупыми мечтами,
Что враги становятся друзьями.
От «хэппи-эндов» смело отрекаюсь,
Зная, что в сказках — обман.
Но снова сердце колотится, как прежде,
А руки все же тянутся к надежде.
Неужели я опять бросаюсь
В жизни ураган?
Пора оставить в покое дней минувших тени.
Небо что-то да потеряло манящее.
Зачем же горести утраты мне подкосили колени
И омрачили сердце горящее?
Забыв печали и ожидания,
Прокричу я морю синему свое желанье.
Рискнув покоем, в надежде распознать себя,
Опять соберу рюкзак.
Увидев счастье за километры,
Снова иду своей дорогою навстречу ветру,
А страх и сомненья — роскошь это даже для меня.
Всегда казалось мне, что за поворотом встречу свой рассвет,
Но осознала вдруг, что всю жизнь натыкаюсь на людской запрет.
Но как же определиться,
Кому поверить, кого избегать?
Вдруг лучше взять и ошибиться,
Чем просто сидеть и шанс упускать?
Бывают люди – просто обиженки,
И если кто-то их предал –
То мстят другим, завистливо,
Чтобы их род всегда страдал.
Таня и без того обижена, а потому можно обижать ее дальше. «А доведись — зачем бы тебе ее обижать?» — спросил он себя. Затем, что вина требует вины, пропащая душа ищет пропасти поглубже. Он бы, наверно, не сумел иначе, ему постоянно нужны были бы подтверждения, доказательства, что он превратился именно в то, что есть. Так он чувствовал бы себя уверенней.
— Как твой брат?
— Он считает, что я большой дурак. Ты не представляешь, Гарри, как я, как я клял свою чёртову гордость. Если бы у меня была голова на плечах, чтобы схватить своё счастье, когда мне снова представился шанс. Тогда бы ничего этого не произошло.
— Я не уверен, что понимаю, о чём ты.
— Я изображал безразличие к ней, в то время как я просто был сердит и обижен. Слишком поздно, слишком поздно я стал понимать себя и её. Никогда, никогда я не встречал ей равную по чистоте характера. Она... она само совершенство. Я никогда не любил никого, кроме неё.
Если вы решились вынести пыльный хлам из дома, не забудьте добавить туда пригоршню страхов, жменю комплексов и полведерка обид. На помойке им самое место!