— Вы женаты?
— Боже упаси!
— Bon Appétit, друг мой. И не бойтесь перехвалить.
— Замечательная крольчатина!.. [Пуаро взглядом намекает продолжать похвалу] О! Это восхитительно! Объедение! Это самая наикрольчательнейшая крольчатина, которую я когда-либо ел!
— Кажется, вы ему не очень нравитесь.
— Потому что он считает себя величайшим детективом во Франции.
— Возможно, так и есть.
— Сейчас во Франции Пуаро!
— И, пожалуйста, не надо дружить с этим созданием! Я его только учу.
— Но это всего лишь попугай!
— Я и сказал это попугаю!
Ваня, а вот от вас уже и не ожидала – мы ведь практически помолвлены! Да, да, вы первый кричали «горько», креститься поздно, пора глядеть на правду прямо. Как оно вам ни больно, но я ваша навеки!
— А ты был женат?
— Не получилось...
— Так это потому, что ты поэт.
— Бабушка говорит, что моя жена, во-первых, должна быть армянка, во-вторых — она должна быть честная и послушная, а в-третьих — до меня не должна знать ни одного мужчины.
— Ну-у... так это... по монастырям надо искать. И то шансов мало. А у нас тут вообще без мазы.
— Скажите, что вы думаете об этом деле?
— Вы хотите, чтобы я тут в темноте ещё и думал?
— О Соне что-нибудь слышно?
— Только то, что она несчастлива с Восковцевым и каждый день принимает любовников.
— Простите, что принимает?
— Любовников.
Хотел бы сказать пару слов как друг жениха. Я всего второй раз исполняю эту роль. Надеюсь, что в этот раз я ничего не напутал. По крайней мере, первая пара со мной еще разговаривает. Правда, они не разговаривают друг с другом, пару месяцев как развелись, но поверьте, я тут не причем. Пола знала, что Пьер переспал с ее младшей сестрой еще до того как я упомянул об этом в поздравительной речи. Но то, что он переспал еще и с ее матерью было для нее сюрпризом. Полагаю, развод стал достойным финалом кошмара рукоприкладства, к которому свелся их двухдневный брак...
Cлайд с цитатой